Лиссель положила руки ему на плечи.
— Я совершила ошибку и признаюсь в этом! — воскликнула она, придвигаясь еще ближе, так, что Джейро ощущал на своем лице ее дыхание. Он понимал, что надо немедленно оттолкнуть ее и покинуть «Старый Ден», но ноги его не слушались.
— Тогда скажи мне правду, — тихо попросил он.
— Какую правду? Главная правда заключается в том, что я вообще хочу всего. Но я не знаю, как получить это все. Я запуталась. — Девушка помолчала и заговорила низким тихим голосом, как бы для себя, а не для Джейро. — Я не могу рисковать! Вся моя компартура пойдет прахом, если о нас узнают… — Джейро начал медленно высвобождаться из ее рук. — Я не хочу больше интриг, не хочу унижать тебя… И поэтому…
Дверь открылась, и, обернувшись, Джейро увидел Хэйнафера с двумя приятелями, мощным Алмером Калпом и тощим Лонаусом Фанчетто.
Лиссель отдернула руки и отскочила от Джейро.
— Так они верно сказали, что я найду тебя здесь, наедине с этим грязным мупом! — заревел Хэйнафер.
— Ты груб, как сапожник, — отрезала Лиссель. — Уйди сейчас же, прошу тебя.
— Называть вещи своими именами не есть грубость. Передо мной чертов муп, и его необходимо поставить на место.
— Ты сам не знаешь, что говоришь! Джейро талантлив и прекрасно воспитан, гораздо лучше тебя, между прочим. И слушай, что я скажу тебе сейчас, Хэйнафер Глокеншау! Я пригласила его в Цветочный павильон. Я пригласила его как полноценного участника, так что больше не смей называть его шмельцером.
— А кто же он еще!? — снова зарычал Хэйнафер. — Он нимп, с этим же ты не будешь спорить! Как же он может быть полноценным участником!?
— А так, что в комитете по организации всем заправляю я, а потому могу приглашать, кого мне вздумается!
— Только не нимпа! Все это грязный фарс и лишь доказывает, что он настоящий шмельцер! — Хэйнафер подошел к Джейро вплотную. — Даю тебе хороший совет, парень. Держись подальше от Цветочного павильона. На наших вечерах мы не потерпим ни маргиналов, ни шмельцеров. Мы боролись за свои места под солнцем не просто так и не хотим, чтобы какой-то вонючий нимп считался с нами на равных! Понял? Ну и что ты должен сказать в ответ, а?
— Прекрати провоцировать его! — закричала Лиссель. — Ты выставляешь дураком только себя, и если будешь продолжать в том же духе, то не надейся больше ни на что с моей стороны!
Хэйнафер поутих.
— Я не дурак — это ты… ты стоишь здесь и позволяешь этому маргиналу тискать себя! Неужели ты не понимаешь, что он настоящий шмельцер!
— Возьми себя в руки, Хэйнафер. Ты явно не в лучшей форме.
Но Глокеншау не обратил внимания на замечание Лиссель и снова повернулся к Джейро.
— Ну что, нимп? Давай объяснимся начистоту. Или ты собираешься вонять и шмельцерить в павильоне — или будешь вести себя нимпом-паинькой, каким тебе полагается быть?
Джейро заговорил с трудом. Он не собирался идти на вечеринку в павильон и не хотел связываться с Хэйнафером, крупным, хорошо тренированным парнем, который явно положил бы его на обе лопатки без всякого труда. На стороне Хэйнафера было и общественное мнение, шмельцеров не любил никто из клубных членов. Так что положение Джейро как «полноценного участника» звучало весьма неубедительно. Но с другой стороны, юноша прекрасно понимал и то, что не может вот так вот просто сдаться Хэйнаферу, не потеряв при этом уважения к себе. И вопреки всей логике, своим склонностям и просто здравому смыслу Джейро сказал:
— Я хожу туда, куда захочу, и закончим на этом.
Хэйнафер медленно придвинулся еще ближе.
— Значит, ты собираешься появиться в павильоне?
— Мои дела тебя не касаются.
— Шмельцерство касается всех!
— Он придет, потому что я пригласила его в качестве своего спутника, — твердо произнесла Лиссель. — Так что крыть тебе нечем.
— Но твоим спутником должен быть я! — воззрился на девушку Хэйнафер. — Ты ведь уже попросила меня надеть костюм Алого Мальчика!
— Я передумала. Я буду Розовым Намеком, и твой костюм не подходит мне по цвету.
Хэйнафер махнул рукой приятелям.
— Вышвырните-ка отсюда этого маргинала! Иначе, если этим займусь я, то неизвестно, когда смогу остановиться.
Алмер и Лоунас выступили вперед, первый по-бычьи нагнул шею, второй вытянул костлявые руки и тонкие пальцы, напоминающие когти хищной птицы.
Но тут вмешался метрдотель.
— Довольно! Не хватало мне еще вульгарной драки в моем заведении! Еще одно движение, и я вызову полицию. — Он повернулся к Джейро. — А вам, молодой человек, лучше всего сейчас же уйти, пока дело не зашло слишком далеко.