— Да. Пока да. Но ничего не изменилось.
— Ты все еще чувствуешь необходимость разобраться со своим прошлым?
Джейро кивнул.
— И чем быстрее, тем лучше, что означает — сразу же после института. Фэйты неумолимы, и у меня нет выбора.
Скарлет равнодушно рассматривала его почти в упор.
— И ты на них не сердишься?
— Нет, — немного подумав, ответил Джейро.
— Угу. Итак, ты отправляешься в космос сразу же, как только получаешь такую возможность.
— Вероятно. Я не уверен. Прежде, чем отправиться, надо сделать еще очень многое здесь.
— Угу. А что ты будешь изучать в институте?
— Инженерное дело, динамику, космические науки. Еще историю вселенной, музыковедение, ну, это чтобы ублажить Фэйтов.
— Как ты думаешь, я очень изменилась с последней нашей встречи? — вдруг спросила девушка.
— Не знаю, что ты хочешь услышать. Мне, честно говоря, кажется, что ты все та же прежняя Скарлет Хутсенрайтер. Хотя ты теперь и чуть выше. Я всегда считал тебя — как бы это выразиться? — хорошенькой? Красивой? Смущающей? Очаровательной? Удивительной? Все не то.
— А как насчет «захватывающей»?
— Это уже ближе.
Скарлет посмотрела на него задумчиво, словно Джейро высказал одну из ее собственных затаенных мыслей.
— Времена проходят. И я привыкла думать о них, как о трагических потерях сердца. — Девушка отсутствующим взглядом уставилась на проспект. — Я помню красивого мальчика из далеких времен. Он был таким аккуратным и чистеньким, с длинными ресницами и лицом, полным романтических грез. И однажды, поддавшись порыву, я поцеловала его. Помнишь?
— Помню. У меня голова тогда закружилась. И если ты снова поцелуешь меня, я снова стану тем же мальчиком.
— Ты не можешь стать прежним, Джейро. И хуже того — не могу я. Я не могу снова стать той девочкой — и когда я вспоминаю об этом, мне хочется плакать.
Джейро осторожно взял ее руку в ладони.
— Но, может быть, мы изменились не настолько, как тебе кажется.
Скарлет покачала головой.
— Ты не знаешь, что со мной было. Вернее, ты даже не можешь себе этого представить.
— Расскажи.
И Скарлет вдруг заговорила с горячечной решительностью.
— Отлично, если тебе это так интересно. Но… Девочка, уехавшая отсюда четыре года назад, звалась Скарлет. А теперь это некто другой по имени Скёрл, и потому отныне ты должен звать меня так.
— Как скажешь.
— Я расскажу тебе, что произошло. Боле или менее правдиво. Словом, это будет только общий очерк, в котором большая часть деталей пропущена, иначе мне придется рассказывать месяц. И вообще, не задумывайся о подробностях, хотя они столь же странны и таинственны, как и все остальное.
— Я слушаю.
Скёрл откинулась в кресле.
— Произошло много чего; сотни, тысячи всяких вещей. Привести их в какую-то стройную систему сейчас невозможно. То есть я не могу. — Девушка помедлила. — После того, как я ушла из школы, отец закрыл Сассун Ойри и решил, что я буду жить с матерью на Мармоне. Я попыталась объяснить ему, что ее дворец — это эротический сумасшедший дом, на что он только прошипел «Т-с-с», а потом добавил, что я должна буду с этим как-то справляться, а как — это уже не его дело. Тогда я напомнила ему, что уже отказалась возвращаться к матери, а он обещал отправить меня в академию Аолайна, очень высоко ценимую специалистами. Преподавательский состав академии живет вместе с учениками. Местность прекрасная; на севере море, на юге леса и болота, а неподалеку столица. Словом, сердце у меня давно лежало к этой академии, но отец твердил, что это слишком дорого, а деньги нужны ему для путешествия на Старую Землю. А деньги на свой вояж он «позаимствовал» в одном из моих трастовых фондов, что означало — в который раз плакали мои денежки. И тогда я пригрозила ему, что если он не отправит меня в Аолайн, я обращусь в Конверт по поводу соблюдения своих прав, и тогда они непременно применят к нему так называемую «коррекционную юрисдикцию», которая значительно ограничит его возможности. Правда, в другом трастовом фонде у меня оставалось еще около нескольких сотен солов. Отец забрал и эти деньги и сказал; «Отлично! Ты хочешь учиться в сверхдорогой академии — ты будешь там!» — и при этом улыбнулся так, что стал похож на старую лису в курятнике. И я поняла, что добром все это не кончится. Однако он спокойно дал мне собраться. И уже на следующий день я покатила в свою академию. — Скёрл вздохнула. — Тут придется пропустить много и времени, и событий. Я только мельком коснусь их, а остальное доверю твоему воображению. Хотя жаль, поскольку действительность куда богаче.