Необходимо ещё немного продержаться, мне необходимо. Так надо. Иначе никак.
Телевизор снова передавал новости. Я поспешно надел наушники.
Я лёг спать.
Проснулся в три часа ночи, луна уже скрылась за облаками, комната погрузилась в кромешную тьму.
В моих наушниках закончилась зарядка, раскаты телевизора оглушили меня. Я попытался разобрать слова. Но разбирать было нечего, вместо них было что-то совсем иное.
Яростные удары по глухой поверхности. По стенам? Я не мог понять: телевизор или это уже происходит в квартире. Стены дрожали, голова раскалывалась. Я потрогал стену, всё нормально — стоит.
Я почувствовал вибрацию удара, но словно под кроватью.
Я посмотрел на пол, я ничего не мог разглядеть. Руку протягивать я не стал.
Удары прекратились, появились неразборчивые голоса, я все пытался увидеть, цел ли пол, не вибрирует ли.
Я услышал, как в коридоре раздались шаги. Будто что-то стальное отбивало хромой ритм, или же это что-то волокли?
В голове пульсировало невыносимо.
- Ба?
Шаги стали громче, что-то проследовало на кухню. Я вглядывался в темноту двери, надеясь, что бабушка ответит мне.
Что-то холодное коснулось моего плеча.
Я стряхнул на пол, не смотря что это. Я решил, что одежда выпала из шкафа.
Шаги прекратились.
Телевизор выключился.
Стало непривычно тихо.
Я хотел вновь позвать бабушку, но усталость накатила второй волной, и мой рот будто окаменел. Язык не двигался, я не мог напрячь своё тело и заставить сделать хоть что-нибудь. В голове стучала боль, пытаясь выбить из меня последние мысли.
Тишина окутывала, дышать становилось тяжелее. Я закостенел.
Я смотрел, не отрываясь на дверь.
Зайдёт или не зайдёт?
Вдруг я услышал шорох. Он был совсем незаметный, не будь тишины вокруг, я бы не обратил внимания. Но это было единственное, что я услышал впервые за долгое время. Мой слух зацепился за этот шорох. Он был за моей дверью.
На моей двери не было защёлки, мне она никогда и не требовалась. Я знал, что ба не будет заходить ко мне в комнату без моего разрешения.
Шорох повторился, он стал громче. Я ждал, что сейчас ручка двери начнёт своё движение.
Я вновь попытался позвать бабушку, но тело меня так и не слушалось.
Шорох стал ещё громче.
Вот-вот, и дверь откроется, и там должна быть моя ба.
В этот момент я понял, что смотрю не на дверь.
Дверь заслонял мрачный силуэт. Он был будто плотнее, чем темнота вокруг меня, силуэт был осязаем.
Одна рука его была странной, она будто бы становилась тоньше на конце. Силуэт вырос. Он приближался ко мне.
Я не мог различить ни одежду, ни лица, хотя он уже находился у моих ног. Сгусток темноты был бесшумен, он протянул что-то тонкое ко мне. Ещё шаг, и он дотронется до моего лица.
Наконец я смог разомкнуть губы и закричал.
Проснулся я утром, разбитый. Я привык. Такое случалось не в первый раз, кошмары были частыми. Мне нужно было на работу.
Телевизор работал тише, чем обычно. Ба уже встала. Я посмотрел на время — опаздывал, я схватил одежду из шкафа, оделся и выбежал из квартиры.
Домой я ввалился, ноги меня не держали. Меня тошнило, в желудке что-то резало, хотелось просто упасть и свернуться, лишь бы эта острая боль ушла.
Как только я очутился в коридоре я рухнул на колени, прижав руки к животу. Смрад в квартире стал сильнее, застоявшийся запах проник везде, я вдохнул грязный воздух. Будто что-то липкое и плотное летало вокруг, и теперь оно проникло в меня.
Перед глазами прошла рябь. Я старался заставить себя дышать, но из-за боли я задерживал дыхание, отчего голова моя становилась ватной. Запах чего-то протухшего не успокаивал мои спазмы, а лишь усиливал.
В коридоре было темно, пол был склизкий, видимо ба мыла полы. Надеясь прикоснуться к спасительной прохладе пола, моя голова соприкоснулась с неприятной липкой влажностью. Тошнить стало сильнее.
Мне хотелось позвать ба на помощь, но я боялся, что любое лишнее движение причинит мне большую боль.
Телевизор молчал.
Я едва смог повернуть голову в сторону комнаты бабушки. Дверь была открыта, я пригляделся и увидел тёмный силуэт.
Шаркая она приближалась ко мне.
Я выдохнул, ба рядом, ба поможет, ба знает, что делать.
Я попытался встать.