Внезапно вспомнилось, что она забыла спросить об Аннабель, а граф Роад просто умолчал о ней, будто мисс Таскилл просто никогда не существовала.
«Но если у сэра Роада на то имеется причина: он подозревает Аннабель в отравлении дочери, то у меня какое оправдание? Надо подняться и позвать горничную. Надо спросить…» - Имоджен перевернулась на бок под мягким одеялом, а вот встать не получилось, руки и ноги не слушались, веки смыкались сами собой…
В памяти мелькнули пшеничные локоны, голубое платье и изящные руки, удерживающие стеклянный шар со сверкающей искрой внутри. А потом искра вспыхнула. И всё застила вспышка света – столько яркого и пугающего, какого Имоджен в жизни не видела, даже в самые жестокие грозы…
63. Неделя 6, день 2
Имоджен
Первое, что услышала Имоджен, очнувшись ото сна – вой ветра за окном. Солнце село, но на столике у окна ярко горела свеча. Пару секунд Имоджен рассматривала потолок с тёмными балками и тени на стенах. А потом нахлынули воспоминания… и слёзы сами собой потекли из глаз. Обняв одеяло, Имоджен зарыдала о собственной горькой судьбе.
Впрочем, через некоторое время слёзы закончились:
«А чего я, собственно, реву? Вдруг все уже нашлись? Может прямо сейчас они сидят в гостиной, попивая грог у камина, а я тут зря себя извожу,» - с этими мыслями Имоджен вскочила с кровати и только тут вспомнила, что вообще-то засыпала совсем без одежды, без одежды и проснулась.
Усевшись обратно в кровать, графиня стыдливо прикрылась одеялом и осмотрелась по сторонам.
Оставленные на полу мокрые вещи бесследно исчезли. Вместо них на край кровати положили новое платье, нательную рубашку, панталоны и даже чулки. На полу стояли её собственные сапоги, уже высушенные и начищенные до блеска.
Можно было одеться, но Имоджен кожей ощущала на себе грязь, оставленную после невольного заплыва в мутной воде, по спине елозила жёсткая коса с высохшими в волосах соринками, а на подушке и простынях виднелись тёмные пятна. Ей срочно требовалась ванна.
Чтобы позвать горничную, укутанная в одеяло Имоджен подошла к двери, к слову, открытой, а ведь она точно помнила, что перед сном задвигала засов.
«Или не задвигала? Или его открыли снаружи? То есть, тут захочешь – не спрячешься от прислуги? Хорош королевский дом!.. А впрочем, поздно волноваться, хотели бы убить, давно бы убили».
Высунув голову в коридор, Имоджен позвала горничную. Та вышла из соседней комнатки, будто только и ждала приказов графини:
- Госпожа хочет ванну?
- Да. А где его высочество? Его нашли?
- Я не знаю, - ответила горничная так, будто каждый день сообщала хозяевам печальные вести и просто очерствела сердцем. – Батлер коттеджа ничего не говорил. Как только узнаю, сразу скажу вам.
- Тогда отведи меня в ванну, - огорчённо приказала Имоджен.
- Ванна там, - горничная указала в конец коридора, но с места не сдвинулась. – Сейчас там…
- Мне срочно нужно помыться. Хоть в холодной воде, - у Имоджен раззуделась рука, пришлось укутаться поплотнее и прижать одеяло локтями, только тогда она смогла почесать кожу на предплечье.
- Но госпожа…
После руки зачесалась нога. И тут же спина. Ждать водных процедур больше не было никакой возможности!
- Я требую ванну именем Его высочества! – крикнула Имоджен и даже ногой топнула для пущей убедительности.
В ответ служанка тихо вздохнула, но всё же повела нетерпеливую графиню в искомую комнату. Когда узкая дверь отворилась, из ванной дохнуло горячим паром. Горничная вошла внутрь:
- Прошу прощения, - раздался её голос внутри густого банного тумана, – но их сиятельство тоже требуют ванну. И тоже именем Его высочества.
Имоджен шагнула следом, уже в процессе понимая, что поторопилась – в ванной явно кто-то был. Скорее всего, женщина, ибо к мужчине горничная её никогда бы не впустила. Неловко получилось. Теперь осталось понять, чьё уединение она нарушила, извиниться и уйти в свою комнату для ожидания своей очереди.