Генрих лично отпер решетчатую дверь клети и принялся резать путы на Келии своим клинком, инкрустированным блестящими камешками. В то же время участники пикника всполошились не на шутку. Многие повскакивали с мест. Кто-то громко обсуждал «несносную девицу» и «фернийку, от которой столько проблем».
Одна Имоджен да, кажется, ещё Аннабель, замерли, пытаясь понять происходящее. Обе девушки впитывали каждое слово, каждый жест и телодвижение находящихся рядом с клеткой и на поляне.
В возникшей сумятице немногословные южные принцессы двигались медленно и лениво, как змеи. Однако, как и змей, их не стоило недооценивать – принцессы явно не симпатизировали Келии, лишь Мабелла, как всегда, улыбалась без причины. Король старался не выдать своего возмущения и делал вид, будто всё по плану, хотя что-то явно пошло не так.
«Но что именно? Королева так тихо шепчет ему на ухо. Я бы, может, услышала, ведь вся свита сохраняет безмолвие, но Лаверн с Луаной орут, как на рынке… О, Боги, церемониймейстер к ним присоединился, пытается угомонить всех и рассадить по местам. Да я-то сижу, сижу…»
Наконец, принц срезал последнюю верёвку на теле фернийки, после чего галантно подал ей руку, помогая выбраться из клетки. Вот только идти на пикник они не спешили. Расстояние от клетки до покрывал осталось таким, что Имоджен при всём желании не могла расслышать разговор Генриха и Келии, но даже с такого расстояния прекрасно просматривалась белозубая улыбка на тёмном лице Наследницы Ферна.
«Да что происходит?..»
Вскоре под натиском церемониймейстера, участники пикника всё же уселись и успели принять безучастный вид. К этому моменту Генрих подвёл фернийку к столику принцесс:
- …место, достойное вас, - уловила Имоджен фразу принца, сказанную Келии на ушко.
«Неужто, он правда считает, что провинциалки Ландмэра не достойны общества Наследницы?» - настроение окончательно испортилось.
Улыбающаяся Келия ответила что-то благодарственное, и Генрих вернулся к своим родителям. Пикник продолжился по задуманному церемониймейстером сценарию. Король Рейнард улыбался и пытался шутить. Королева Ирма даже подняла шутливый тост чайной чашкой за возвращение принцессы Ферна под защиту Ландмэра.
«Под защиту? Какое лицемерие».
Изредка Имоджен поглядывала на Келию. С укрытыми пледом ногами, фернийка, раздобывшая где-то практически целый лиф от чёрного шёлкового платья, не отличалась от экзотических принцесс в своём кружке. Разве что ела, как не в себя. И волосы у неё оставались не причёсанными.
«Мне кажется, или они стали гораздо длиннее?»
После завершения пикника было положено немного прогуляться по лужайке и саду, чем все и занялись.
- Помнишь, как весело мы играли на пикниках в Сэдлстоне и Отфилде? – Питуния ударилась в воспоминания, поскольку не хотела говорить о принце, рискуя быть услышанной не теми ушами.
Имоджен всецело поддерживала такой подход:
- Да, совсем не так я представляла королевский пикник. Выглядит всё, конечно, красиво, но… ты меня понимаешь, - ответила она, старалась отвлечься от ситуации с Келией, хотя любопытство снедало.
Вдруг невдалеке снова послышались удивлённые возгласы. Испуганно охнула Лаверн. Подруги обернулись на шум. Боковым зрением Имоджен заметила, как Луана осела в очередном обмороке, и как к ней тут же бросились лакеи его величества.
- Хорошо, что здесь повсюду трава, а не на каменный пол, - съязвила шёпотом Мэг. – Но что там происходит?
- О, Боги, трава! - удивлённо воскликнула Питуния.
Обе графини обратили внимание на лужайку, с которой происходило нечто удивительное… а собравшиеся было кучкой люди, теперь с беспокойством расходились в стороны от эпицентра событий, которые вызвали столько шума.
Тогда-то Имоджен с Питунией и увидели лежащую на земле Келию.
Впрочем, лежала Наследница вполне себе вольготно. Руки и ноги её были свободно раскинуты в стороны. Губы шевелились, выплёвывая какие-то слова на фернском. А вокруг медленно расползалось пятно белеющей на глазах травы…
- Живая еда, - догадалась Имоджен.