- И что он в ней нашёл? – прошептала Луана.
По счастью, присутствующие сочли вопрос недостойным истинных леди и оставили его без ответа.
- Интересно, следующую вызовут к началу нового танца? – озвучила вторую мысль, недостойную леди, Наследница Ферна.
- От Генриха всего можно ожидать, – ответила, как ни странно, Аннабель.
Музыка стихла, дверцу приоткрыли, и камергер снова объявил:
- Наследница Ферна – Келия!
Хохотнув, фернийка покинула комнатку.
Далее с интервалом в несколько минут в зал для танцев вызвали Луану, Седар, Питунию, Лаверн и Цигерду.
- Вас что-то тревожит, мисс Таскилл? – оставшись наедине с Аннабель, Имоджен пошла напролом.
«Ответит – хорошо, не ответит – и пусть, но лучше спросить, чем мучиться догадками».
Поправляющая оборки своего голубого платья Аннабель, казалось, была полностью сосредоточенна на этом занятии. Однако снизошла до ответа:
- Гадаю, что за сюрприз приготовил нам Генрих.
- Вот как? – удивилась искренности блондинки Имоджен, ведь та могла просто смолчать или соврать. - Мне почему-то кажется, что в качестве сюрприза будут фейерверки из Цина, - поделилась графиня Ковард своими соображениями.
- О, вы плохо знаете Генриха, - нервно усмехнулась Аннабель.
Ответить Имоджен не успела. Дверь приоткрылась, и камергер, стараясь перекричать оркестр, проговорил:
- Графиня Ковард – Имоджен!
По совету Мэг, Имоджен вдохнула полной грудью… Выдохнула. И шагнула за дверь.
В первую секунду блеск бального зала ослепил её. Под потолком, будто четыре солнца, сияли четыре люстры на сотни свечей, их свет отражался от мраморных стен и колонн, лакированных фресок и позолоченной лепнины. Вдоль стен толпились не менее блестящие придворные, фрейлины и приглашённые высокопоставленные лица. Не менее нарядными выглядели и одетые в белое с позолотой лакеи, ловко снующие с подносами среди гостей.
Вдруг танцующие расступились, образовав широкий коридор, в конце которого Имоджен увидела три трона, занятые королевской семьёй. Повинуясь придворному инстинкту, она тут же склонилась в почтительном реверансе, успев засомневаться, а будет ли Генрих вообще танцевать? А когда распрямилась, несколько растерялась…
На этот бал церемониймейстер почему-то инструкций не давал, сам он куда-то подевался, слуги безмолвствовали, а протокол королевского бала от нарастающего волнения напрочь вылетел из головы провинциальной графини!
Тем временем коридор из танцующих сомкнулся. Оркестр продолжил играть менуэт. Под размеренные звуки скрипок и флейт девушки, - а танцевали, к слову, лишь участницы Отбора, - синхронно исполняли танцевальные па в компании каких-то молодых людей. Явно знатных. Либо хорошо обученных танцам. И совершенно не знакомых Имоджен.
«О, нет, одного я знаю!»
За мгновение до этого Имоджен увидела партнёра Питунии – 19-летнего Марлина, с которым обе девушки дружили всё детство. Имоджен вообще думала, что Марлин этой осенью сделает Питунии предложение. Все так думали. До тех пор, пока Питуния не отправилась на Отбор.
Вдруг нехорошая догадка осенила Имоджен.
«О, нет. Нет, нет, не-е-ет!»
- Барон Ривз – Донован! – раздалось у Имоджен за спиной.
«Не-е-е-ет!!!» - она даже не стала оборачиваться. - «Какой неприятный сюрприз приготовил нам Генрих!»
Из узкой дверцы, расположенной по соседству с тем выходом, из которого только что появилась Имоджен, в танцевальный зал вошёл её…
«Эмм… жених?»
Нет, они с Донованом не были помолвлены с пелёнок, как это часто бывало в Ландмэре. Зачем? Соседям и так было ясно, что в случае, если Имоджен и Донован благополучного доживут до 19-летия невесты, им дадут пару месяцев на ухаживания, а потом обвенчают в Храме Светлых. Ну а если церемониальный алтарь не засияет, ввиду отсутствия взаимной любви, их просто отведут к Тёмным – в тяжёлые времена особенно выбирать не приходилось, особенно, когда брак обещал быть выгодным.
Все смотрели на них. И Имоджен незаметно вздохнула. Она уже начала привыкать, что на этом отборе является одной из 14 поводов для сплетен, которые с быстротой пожара разлетаются по всему королевству.