«Причём моя персона даже не первая в числе обсуждаемых. Значит следует последовать совету Мэг: расслабиться и просто вести себя достойно своего высокого титула,» - повернувшись, как в тумане, к молодому брюнету, вставшему напротив неё, Имоджен мило улыбнулась ему, не зная даже, ответил ли он на её улыбку.
Она не видела его. Смотрела на Донована, но не видела. Происходящее настолько обескураживало и выбивало из колеи, что действительность будто смазалась, ускользая от рассеянного внимания графини… что, однако, не помешало Имоджен исполнить приветственный реверанс, изящно вложить свою руку в протянутую широкую ладонь барона, и встроиться вместе с ним в очередную танцевальную фигуру.
Двигалась она при этом легко и свободно, не задумываясь, выполняя хорошо заученные движения. Однако расслабиться в полной мере не получалось. Пол буквально уходил из-под ног.
И всё же одна рациональная мысль пробилась к сознанию Имоджен:
«Осталась Аннабель. А ведь её бывший жених – принц Генрих. Неужто именно он составит ей пару? И они будут танцевать друг с другом весь вечер?!» - сердце заныло под атласным корсетом, и едва не остановилось, когда камергер громко объявил:
- Графиня Таскилл – Аннабелль!.. И…
39. Неделя 3, день 6
Имоджен
Не чувствуя пола под ногами, Имоджен оглянулась на появившуюся в бальном зале блистательную дочь Гриффина Таскилла.
- Граф Сморт – Альберт! – чопорно объявил камергер.
«Уффф, отлегло,» - выдохнула графиня Ковард, ибо из маленькой комнаты в пару к блондинке действительно вышел рыжий широкоплечий юноша с коротко-стриженными волосами.
Зря Альберт Сморт решил не отращивать волосы по столичной моде, ему бы пошло. И лицо своё зря припудрил - веснушки все равно проглядывали, впрочем, как и позеленевший синяк Имоджен.
«Интересно, Донован поинтересуется, кто это меня так «раскрасил»? Или тактично не заметит?»
- Рад встрече, Имоджен, - наконец подал голос потенциальный жених. – Вижу, ты здесь не теряешь времени даром. Дай, угадаю: пыталась одолеть барьер, да лошадь попалась трусливая?
- Благодарю за участие, ваше благородие, - прохладно отозвалась Имоджен. – Однако позвольте уточнить: вы имеете в виду заживающий кровоподтёк на моей щеке?
- К чему эти расшаркивания, Мод? Мы с тобой с детства «на ты».
- К тому, ваше благородие, что мы танцуем под носом у самого короля. С королевой. И с принцем.
- А ещё ты изо всех сил тужишься, чтобы выглядеть, как настоящая леди.
«Ну вот, про синяк уже забыл. Хорош «жених».
- Хочешь ему понравиться? – продолжал Донован, без стеснения кивая на трон принца. - Кстати, он с тебя глаз не сводит, - зло прошептал барон Ривз.
- П-правда? – сердце Имоджен ёкнуло и застучало быстрее, дрогнула и рука, зажатая ладонью Донована.
- Тёмный тебя побери, Имоджен, ты действительно…
- Что?
«Поддалась на уловку Донована и выдала себя! Тьма!»
- Ничего, - процедил наследник рода Ривзов, который имел привычку обижаться по поводу и без повода.
- Вот и славно, - нарочито равнодушно ответила Имоджен.
К её облегчению, согласно рисунку менуэта, пары должны были разделиться, и они с Донованом разошлись по сторонам.
«Неужели он не понимает, что у меня не было выбора? Он вообще сознаёт, какого это – участвовать в Королевском отборе? Отбор – ужасное место, опасное и разочаровывающее с каждым днём всё больше и больше. Единственное, что меня держит здесь – желание разобраться в чувствах Генриха… Но как объяснить это Доновану? Особенно если не хочется что-то объяснять и оправдываться!» - с досадой думала Имоджен, медленно кружась вокруг своей оси заодно обводя взглядом прочих участниц, тоже порядком растерянных и расстроенных.
Видимо, никто из девушек не ожидал встретиться на глазах у Генриха со своими возможными женихами…
«О, боги, в случае проигрыша мне придётся не только вернуться в Ландмэр с пустыми руками, но и выйти замуж за Донована! И только Тёмные знают, простит ли он мне участие в Отборе?!» - это осознание не добавило радости, к тому же пары вновь должны были сойтись и взяться за руки.