«Генрих не успел станцевать с Аннабель, потому что видел, как я уходила, и после танца направился к моим покоям, чтобы пожелать спокойно ночи. А я…»
Лицо Аннабель поплыло, потому что из глаз графини Ковард выкатились крупные слёзы. Настоящие.
- Что с вами, Имоджен? – захлопотала Аннабель.
Однако Мэг уже схватила свою подопечную под руку и повела в комнату ожиданий, чтобы привести в порядок.
- Мисс Ковард, зачем вы демонстрируете ей свои чувства? - Мэг налила в кружку чистой воды, всыпала какой-то порошок и принялась тщательно его размешивать.
- Пусть наслаждается, - презрительно ответила Имоджен. – Я почти уверена, что моя ссора с Генрихом – её рук дело. Не знаю, как она это сделала и причём тут парфюм…
- Не причём. Я уже говорила: просто совпадение. Видимо, Миранда тоже купила фиолку у той торговки, что тёрлась у замка.
- Ладно, это уже не важно, - выдернув из рук помощницы кружку, Имоджен выпила сладковатое питьё большими глотками.
Глубоко вздохнула. Вытерла слёзы. снова вздохнула. На неё начала наваливаться какая-то апатия, вместе с тем мысли пришли в оживление, и Имоджен вдруг начала вспоминать некоторые детали.
- Мэг, у меня к тебе столько вопросов.
- Спрашивайте, – прошептала распорядительница, пытаясь в этот момент припудрить лицо своей подопечной пудрой, которую часто носила с собой на всякий случай.
Мэг вообще носила с собой большое количество вещей.
- Я хотела спросить про…
Договорить Имоджен не успела – церемониймейстер лично открыл двери из бального зала:
- Мисс Ковард, пора. Строясь в линию для Церемонии ориентируйтесь, пожалуйста, на две мраморные вазы, поставленные у боковых стен.
Через десяток минут, и вот, девять девушек стояли перед принцем Генрихом. Восемь из них, как успела увидеть Имоджен, улыбались.
«Должно быть, вспоминают вальс. Или торжествуют победу над соперницей».
Первой Генрих вызвал за светлячком Луану.
«Интересно, Аннабель посвящала кого-то в свои коварные планы? Или хотя бы в их результат? Все знают, из-за чем меня выгонят? Ничего, Генрих им расскажет».
Счастливая Луана прошла назад в линию, а её место напротив принца заняла Цигерда.
«Все получат склянку со светляком, а я – нет… Ой, кажется, я не улыбаюсь,» - Имоджен было не до смеха, но подводить церемониймейстера на своей последней церемонии она тоже не хотела, поэтому попыталась плавно натянуть на лицо радостное выражение, но у неё почему-то не получилось.
Проплыв к принцу, Мабелла тоже получила заветный светляк.
«Ну и ладно. Не обязательно улыбаться. Лицо у меня сейчас вроде обычное – не злое, не обиженное, и, хвала богам, не молящее о пощаде».
Далее к Генриху прошествовала Келия, распространяя умопомрачительный сложный и в то же время какой-то свежий цветочный аромат.
«Ну вот, я уеду, а вопросы про Ферн так и останутся без ответа. Можно, конечно, написать Келии. Но кто отдаст мои письма вражеской Наследнице? С другой стороны, как помогут в хозяйстве знания о другом королевстве?»
Покрасневшая Питуния вышла к принцу и забрала свою колбочку с магической искрой.
«Хотя какое хозяйство? Не пройдёт и месяца, как меня, упекут в монастырь – так поступают со всеми скомпрометировавшими себя девицами. Вот Питуния выйдет замуж. Пусть не за Генриха, хотя и тут у неё ещё есть шансы… Ах, следует признать, что я завидую Питунии. И сейчас, и в общем-то… всегда. При этом смею называть себя её лучшей подругой. Разве сама я хотела бы дружить с настолько неискренним человеком?»
Тем временем магическую искру получила и Лаверн. Правда, когда она взяла в руки колбочку, произошло нечто такое, что в секунду вывело Имоджен из раздумий.
Саусширка открыла колбу.
И не успел Генрих хоть как-то отреагировать, девушка вытряхнула «звезду» на ладошку, поднесла ко рту и… проглотила.
- Ммм, - издала Лаверн странный звук.
«Отравилась? Ей плохо? Или…»
Изумлённые глаза принца сначала остановились на лице Лаверн, потом поползли вниз по её фигуре. Церемониймейстер сдержал камергера, который ринулся было к своенравной графине, так вольно распорядившейся своей долькой чуда. Придворные принялись ахать и перешёптываться, прикрываясь веерами и кружевными манжетами.