— А мне плевать. Мне этот ваш заказик не больно нужен. Не хотите — ну и ладно. Поеду к жене на дачу на мой любимый балкон закатами любоваться. Так что не надо со мной торговаться, иди уже к хозяйке на доклад, пускай решение принимает.
Паша перезвонил на следующее утро и будничным тоном сообщил, что хозяйка на всё согласна. Договорились, что за первой порцией денег приедет Даша и после этого начинаем работать в полный рост.
3. ВНИМАНИЕ!
Наброски стратегии избирательной кампании Панасюк прислал на почту глубокой ночью. Утром созвонились, обсудили и договорились для проведения мозгового штурма собраться опять у Кости дома. Дашка отчиталась о получении от Лёшкина пухлого пакета наличных, после чего обсудили стратегию, цели и задачи, базовые лозунги и слоганы кампании. По результатам внесли небольшие изменения в план график. Ситуация в целом была понятна. Каждый знал, чего ему дальше делать.
Лёшкин позвонил через пару дней, сообщил, что профильный вице-губернатор послезавтра проводит в райцентре специальное совещание по выборам с главой района и прочими исполнителями. Попросил участвовать, представиться местной знати в качестве начальника штаба, произвести впечатление и по возможности успокоить государевых слуг, чтобы не очень истерили.
Договорились утром из столицы поехать прямо в район, а уже после совещания посетить фабрику в Деткино. Пора было познакомиться с директором, с людьми которых он должен был выделить для проведения кампании и вообще осмотреться на местности. Ехать решили на Пашиной машине с водителем. Панасюк выслал Лёшкину стратегию, чтобы её распечатали и переплели. Нужно было вручить заинтересованным чиновникам по экземпляру чего-то убедительного, чтобы не волновались и понимали, что процесс идёт.
Серёга в день совещания был занят чем-то своим строительно-экологическим, поэтому в первую поездку на место с Костей поехала только Даша. Подойдя к условленному месту встречи, Костя увидел Лёшкина в неожиданно дешёвеньком Рено. Сев в машину в лоб спросил:
— Паша, ты вроде не последний человек в компании, почему тебя возят на таком дерьме? Моранская такая жадная?
В ответ понеслось многословное, невразумительное словоблудие. Усмехнувшись, Костя подумал:
— Ладно, с тобой всё ясно. Пытаешься демонстративно экономить хозяйские деньги. Демонстрируешь нарочитую скромность. Мол, смотрите, я святее Папы Римского.
Дашу подхватили у метро на выезде из столицы по направлению к Кулажской области. Почти всю дорогу проехали молча. Лёшкин на переднем сидении тыкал пальцами в свой ноутбук и кем-то громко, задорно руководил по телефону. Костя ещё раз просматривал распечатку стратегии, губернаторский соцопрос и всякие статистические данные по территории. Когда остановились у здания районной администрации, тихо сказал:
— Дашуня, чинуши — публика специфическая, особенно провинциальные. Так что говорить буду я, а ты не высовывайся. Отвечать будешь только если я сам тебя о чём-нибудь спрошу.
Вице-губернатор явился без опоздания. Дружной толпой зашли в кабинет главы, расселись, представились. От района кроме главы участвовали ещё три одинаковых тётки средних лет, отвечавших за социальную помощь населению, за здравоохранение и ещё за что-то, практически не существующее. Вице-губернатора, Погосяна Армена Ашотовича, сопровождала молоденькая блондинка модельной внешности, которая представляться не стала. Костя подумал:
— Либо ты, Армен Ашотыч, настолько горяч, что двух часов без минета прожить не можешь, либо тебе кто-то из начальников дочку или племянницу свою в помощницы навязал, чтоб без дела не болталась.
Предварительные справки о Погосяне Костя конечно навёл. Вице-губернатор был относительно молод — около сорока лет и происходил из вполне интеллигентной династии столичных армян-журналистов, его старенький папа до сих пор пописывал всякую государственническо-патриотическую чушь в ведомственном журнале Министерства Иностранных Дел. Армен Ашотыч был отлично образован и устремлён к карьерным высотам, теперь вот отрабатывал строку в биографии под названием "работа на земле". Нынешние власти старательно копировали в своих подходах власти прежние коммунистические и потому, не поработав на земле в провинции, карьерного роста в столице добиться было невозможно. Ну, если конечно речь шла не о сыне какого-нибудь особо приближённого к президенту прихлебателя.
Глава района — молодой, лет тридцати пяти, спортивного вида мужик, затянул нудную отчётность о формировании и подготовке к работе избирательных комиссий, о столах, стульях, помещениях, наглядной агитации, урнах, транспорте для надомного голосования. Одинаковые тётки пытались что-то ему подсказывать.