— Интеллектом не обезображен, как и положено среднему провинциальному чиновнику, — подумал Костя.
Погосян прервал рассказ о титанических усилиях районной администрации и перевёл разговор в практическое русло. Попросил списки потенциальных конкурентов, начал выяснять, кто из них может быть опасен, кого из них нужно снимать с выборов за какие-нибудь мифические нарушения или по иным формальным основаниям. Снятие оппозиционеров с выборов превратилось в обычную практику по всей стране. Бороться с этим было невозможно, судиться бесполезно. Суды на законы внимания давно не обращали, обслуживали власть, как послушные солдаты.
Наконец дело дошло до списка оппозиционеров — кандидатов в муниципальные советы низшего звена, куда, собственно, и собирались баллотироваться особо опасные для государства Мартышкин с Черновым. Этих с выборов снять было просто невозможно. Для регистрации в качестве кандидатов при условии самовыдвижения им надо было собрать всего-навсего по двадцать пять подписей избирателей в свою поддержку. При таком малом количестве подписей доказать, что они фальшивые было невозможно даже в наших карманных судах. Погосян затих и с интересом уставился на Лёшкина.
Костя раздал по экземпляру стратегии кампании в Деткинском избирательном округе главе района, вице-губернатору и его блондинке и коротенько рассказал, что и как они собираются делать. Погосян слушал внимательно, было видно, что спокойная речь профессионала действует на него умиротворяюще. Когда совещание закончилось, подошёл к Косте, вручил свою визитную карточку и ласково попросил:
— Пожалуйста, если возникнут любые вопросы, проблемы или потребуется помощь, обращайтесь сразу ко мне напрямую. Лучше пользоваться мессенджером "Телеграм". Его не читают и не прослушивают.
Костя в ответ протянул свою визитку и поблагодарил, добавив, что помощь конечно понадобится. Значимые для избирателей признаки — близость к власти и способность решать проблемы, никто не отменял.
На Деткинскую фабрику "Отечественного продукта" приехали в обеденное время. Директор — вполне приличный и с виду разумный мужик средних лет по имени Виктор, извинился и попросил дать ему ещё минут двадцать для урегулирования срочных текущих проблем. Предложил пока сходить перекусить в их рабочую столовую. Так и поступили. Людей в столовой было мало, производственные циклы были непрерывными, сотрудники ходили обедать по очереди. Еда оказалась простой, но качественной. Салат, суп, котлета с картофельным пюре, компот.
После обеда и неторопливого перекура, Костя поднялся на второй этаж в кабинет директора. Лёшкин и Виктор уже закончили свои срочные дела, угощали Дашку кофе с печеньями и развлекали светской беседой. Для начала сходили посмотрели помещение, которое директор готов был выделить под штаб. Помещение вполне устроило. Перешли к кадровому вопросу. Виктор, явно толковый производственник, сразу заныл, что лишних людей у него нет, все загружены по горло и никого он для работы в штабе откомандировать не может. Костя отреагировал равнодушно:
— Ну нет, так нет. Своих привезём. Но вашей хозяйке это дорого обойдётся. Зарплаты, транспортные расходы, жильём их надо будет обеспечить.
Лёшкин побагровел и начал на Виктора злобно шипеть. Через пару минут директор сдался, согласился выделить одного толкового бухгалтера для ведения официальных избирательных счетов кандидатов и пожертвовал в штаб своего инженера по технике безопасности.
— И то хлеб, — подумал Костя, — инженер по технике безопасности тебе для производства не нужен, однако, закон требует, чтобы формально он был. Кого-то же надо под суд отдавать, если несчастный случай какой, не приведи Господь. А больше у тебя лишних людей похоже нету. Видимо Лёшкин тебя заставил штатное расписание досуха вылизать.
Бухгалтер — довольно обычная женщина средних лет с равнодушным взглядом, явилась на зов директора первой. Минуты через две вслед за ней в кабинет боком просочился сероглазый, с заметными залысинами инженер, лет тридцати пяти. Самой яркой деталью его внешности было широченное обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки.
— Ага. Будешь у меня проходить под кличкой "Семьянин", —подумал Костя.
Начали с инструктажа бухгалтерши. Дама оказалась толковой, быстро поняла, что от неё требуется. Сообщив тётеньке, что с этого момента по выборным делам она подчиняется непосредственно уважаемой Дарье Павловне и должна выполнять все её распоряжения, Костя бухгалтершу отпустил и обратился к Семьянину: