Мы оставили космолет.
Ватсон приказал ему не входить в спящий режим.
Мало ли что.
Может быть, нам понадобится срочная эвакуация.
Проще говоря — удирать придется.
На планете мы огляделись.
«Охраны рядом нет, — Ватсон посмотрел на датчики. — Нет охраны, а мы есть».
Злодей активировал поиск рабочих тележек.
Тележки скрежетали.
Но не были годны для передвижения.
Зато из кучи мусора вышли три коня.
Три биомеханических коня.
Один из коней навьючен солдатскими сухарями.
Мы сели на коней.
Они понеслись с биомеханической удивительной быстротой.
В течение восьми минут пейзаж был унылый.
Но на девятой минуте…
«Злодей!
Я вижу цитадель».
«Нам в ту цитадель не надо.
Там разврат и похоть», — Ватсон повернул влево.
Мои конь, несмотря на мои усилия, последовал за Ватсоном.
Мы оказались в лесу.
Лес из ионизированных деревьев.
Спешились.
Решили отдохнуть.
«В этой цитадели, — Ватсон произнес с ненавистью.
С ненавистью, потому что сам не был в той цитадели, — охранники пируют.
Одичали они.
Поэтому все пиры их низменные.
Есть среди охранников мошенники.
Они сделали мне много зла».
Мы отдохнули.
Опять понеслись на виброконях.
Вскоре показалась цепь гор из космолетов.
Ватсон повернулся ко мне:
«Эта свалка космолетов — наша цель.
Если ты будешь послушная.
Послушная девочка.
То мы вернемся богачами.
У нас будет монет больше, чем у начальника штаба Галактического округа».
Через четыре минуты мы доскакали.
Ну, как доскакали.
Лошади скакали.
Мы же на лошадях сидели.
«Мы у цели, — Ватсон почесал затылок. — Но нужно лезть на вершину вооон той горы.
Наши биомеханические кони не взберутся.
Мы сами тоже не сможем.
Не сможем подняться.
Нужно вызвать робота мусорщика».
КОГДА НЕТ ВЫХОДА, ТО ВЫЗЫВАЮТ МУСОРЩИКА.
Злодей Ватсон придумал хитрость.
Или нашел ее в Имперской сети.
Он убил одну из биомеханических лошадей.
Вытащил из нее кишки и микросхемы.
«Раздевайся, красавица», — Ватсон мне подобострастно подмигнул.
«Вот еще!
Ты не принц.
И не мой муж.
Чтобы я перед тобой раздевалась».
«Ты не передо мной разденешься.
Ты раздевайся перед дохлой лошадью.
Залезай в ее чрево.
Я зашью живот лошади.
Она в тепле начнет разлагаться.
Приползет робот-мусорщик.
Затащит лошадь на вершину.
На вершину мусорной кучи брошенных космолетов мусорщик тебя поднимет».
«Ты уверен?»
«В чем я уверен?
Мусорщик обязательно приползет».
«Ты уверен, что он меня на вершину доставит?
Может быть робот мусорщик испепелит дохлого коня.
А я буду в нем находиться».
«Не должен, — Ватсон трепал бородку. — Мусорщик не станет тратить энергию.
Не будет сжигать тебя.
Это экономически невыгодно.
А на вершине горы дохлая лошадь сгниет.
В прямых лучах звезды процесс пойдет быстрее.
Поэтому робот мусорщик тебя поднимет».
«Твоими устами бы», — я разделась.
Залезла в нутро дохлой лошади.
«Смутные подозрения терзают меня, — я подумала.
В лошади было уютно. — Злодей Ватсон просто захотел.
Захотел посмотреть на меня обнаженную.
Еще раз.
Ведь я могла бы быть в платье.