– Нет.
– Мне нужно было тебя поцеловать?
– Я же сказала. Пошутила.
– Тогда что?
– Ничего.
Вот и поговорили.
Она уткнулась в окно и смотрела на дорогу. А я впервые за всё время чувствовал себя разбитым. Кажется, за все свои годы сразу.
Мне это не даёт покоя, и я делаю то, о чём буду жалеть. Читаю её мысли. Пройти в её голову оказалось сложнее, чем я думал. Даже с отцом мне удавалось справиться легче. Если она сможет открыть силу в себе, то станет сильнее меня. Намного. И это пугает.
«Идиот. Какой же идиот. Неужели не видит, что он мне нравится. Какая же я глупая. Он маг. Принц там какой-то. А я кто? Ведьма с лихорадкой. Да пошёл он к чёрту. Больно нужен.»
Я сглатываю, а рука впивается в сиденье.
Нравится?
Что значит нравиться?
Глава 11.1. Мия
Автобус останавливается. Я подумала, что это запланированная остановка, но почему-то никто не вышел. Мало того, никто не пошевелился. Все словно замерли.
Рука Марка сжимает мою. Я чувствую, как он колеблется. Секунда. Другая. А потом он резко притягивает меня к себе и целует.
Его губы нежно касаются моих. Сначала он ловит мою верхнюю губу, потом нижнюю. Но не давит, не заходит языком. Он вообще умеет целоваться? Забываю, что на него обиделась. Отвечаю более страстно. Мой язык скользит в его рот, касаясь его. Начинаю дрожать и прижимаюсь к нему, чтобы почувствовать его тело, которое, чёрт возьми, сводит меня с ума и пахнет грёбаной ванилью.
Я отстраняюсь и смотрю в его глаза. Пытаюсь в них что-то найти, не знаю пока что. Может ответ или признание. А, может, всё сразу.
Делаю три вдоха и выдоха, но не могу привести пульс в норму. Он стучит и стучит, как молотки по наковальне.
– Зачем? – только и выдавливаю из себя с большой одышкой.
– Ты же хотела, чтобы я тебя поцеловал.
Долго смотрю на него. Прокручиваю его слова в голове снова.
Я хотела, и он поцеловал.
Серьёзно?
Так низко меня ещё не опускали. Даже не знаю, что делать: плакать или смеяться. Плакать не буду точно, смеяться – тупо.
– Не нужно было это делать…если сам не хотел. Если ты не веришь в любовь, то я в неё верю, – закатываю глаза. – Хотя, может, уже и не верю.
– Послушай меня…пожалуйста, – его голос опускается до шёпота. – Я вырос в мире, где любовь – это миф. У нас она запрещена. Все верят в то, что именно из-за любви, тёмная магия пришла в мир. Это слово нельзя даже произносить. Поэтому я не знаю, что такое любовь…не знаю, как она выглядит… и не знаю, что с ней делать.
Он берёт мою ладонь в свои руки и продолжает:
– Но я тебе благодарен за всё… И когда у твоего горла был нож… Я готов был их убить. И убил бы. Но ты попросила этого не делать. А потом … три ночи спасал тебя, чтобы ты не сгорела от лихорадки.
Замолкает и смотрит на мою руку, которую сам же сжимает. Потом поднимает глаза и смотрит в мои.
– И самое страшное... Что я не знаю почему. Это пугает меня. Прости, Мия. Я не знаю, что такое любовь. Но с тобой мне хочется смеяться и жить. Я за всю свою жизнь, не чувствовал себя таким живым, как с тобой…
Молчу. Не знаю, как на это реагировать. Не знаю, что ответить. Впервые в таком ступоре.
Он говорит, что не верит в любовь.
А я не верю ему.
Иначе как ещё понимать его слова?
Сижу и улыбаюсь как пятнадцатилетняя девчонка, которая только что начала встречаться с одиннадцатиклассником. Правда, этот староват, но и мне не пятнадцать.
Но мой внутренний демон не верит. Он сомневается.
– Это всё из жалости, да?
– Жалость? Это людское чувство. Маги не знают, что такое жалость.
– Ну да, ну да. Жалость и любовь – людские пороки.
– Да.
– Хочешь, я тебе кое-что расскажу?
Он кивает и смотрит на меня. Люди всё ещё не двигаются, автобус всё ещё стоит. Все ждут, пока мы поговорим.
– Любовь – это взаимная симпатия. Это когда тебе хочется делать человеку приятное, разговаривать с ним обо всём, делиться тайнами. Ещё защищать от всех. Любовь – это язык между двумя любви, на котором говорят только они.
Склоняю голову набок и улыбаюсь. Я её не контролирую, она сама руководит губами. Кажется, моя улыбка ему импонирует.
– Теперь ты знаешь, что такое любовь. И давай уже тронемся, наконец-то.
Улыбается, но ничего не говорит. Но мне это и не нужно. Пока что.
На кончиках его пальцев появились фиолетовые ниточки, которые моментально расползлись по всему автобусу. Никто ничего не заметил. Все продолжили делать, то, что делали. Водитель вёл автобус, бабулька шуршала пакетом, другая читала газету, а мальчик лет пяти ел конфету и ковырялся в носу.