Серые каменные стены храма, некогда величественного, теперь покрылись трещинами и мхом. Полуразрушенная колокольня словно склонила голову под тяжестью лет. В разбитых окнах плясали тени, отбрасываемые клочьями паутины, свисающими с некогда высоких сводов.
– Ты здесь предлагаешь спать?
– Пошли, – я уверенно шагаю вперёд.
Мы заходим внутрь. Прохладный воздух пропитан запахом сырости и древности. Полумрак скрывает детали, но я знаю, здесь есть на что посмотреть. Обветшалые фрески на стенах, покрытые многолетним слоем пыли, кое-где проглядывают сквозь паутину. Осколки былой роскоши – остатки иконостаса в дальнем углу.
Своды потолка угрожающе скрипят, словно предупреждая о своём возрасте. Полы, где когда-то верующие преклоняли колени, теперь скрипят, а местами проваливаются.
– Закрой глаза, – я говорю почти шёпотом, но стены словно добавляют громкость.
Она не спорит и закрывает. Странно. Не похоже на неё. Послушная стала.
Я веду её вглубь храма, стараясь избегать особенно опасных участков. Под ногами хрустят осколки былой жизни – обломки штукатурки, старые свечи, чьи-то забытые вещи.
Мы останавливаемся в небольшом боковом приделе. Осторожно касаюсь её плеча, давая знак открыть глаза.
– Марк, но как?
– Я же маг. Забыла?
– Ты реально волшебник.
Она обвивает мою шею руками, но сразу же отстраняется.
– Прости.
– За что?
– Я так больше не могу. Я слишком импульсивная, и всё… Не могу я молчать.
– Так скажи.
Мия растерянно смотрит на меня, а потом пытается взглядом найти опору. Но ничего не выходит, и она снова смотрит на меня.
– У тебя хорошо вышло. Эта церковь теперь, как новая.
– Ты хотела сказать другое.
– Хотела. Но… не уверена в том, что ты хочешь это слышать.
– Послушай, я гораздо старше тебя. На очень много. Больше чем в три раза…
– Мне всё равно.
– Днём я превращаюсь в кота…
– Мне всё равно.
– Я помолвлен…
– Мне всё равно… если ты скажешь, что не любишь её.
– Маги не умеют любить.
Снова скрещивает руки на груди и смотрит самодовольно.
– Тогда мне всё равно.
– Я же говорю, что не умею любить.
– Умеешь. Просто ещё не сам не понимаешь.
– Мия, послушай. Если я со временем так и не смогу сказать это тебе. Тебе станет больно. Не надо ко мне привыкать.
– А если я уже привыкла…Что тогда делать? Скажи, а? Бросишь меня?
Стою, смотрю на неё и ничего не понимаю. Когда она успела так привязаться ко мне. Мы знакомы около недели. Может, больше, может, меньше. Это неважно. Важно, что она смотрит на меня и плачет, а моё сердце разрывается, видя это.
Я не знаю, что ей сказать. Я с таким не сталкивался. Обнять? Или не трогать? Что делать? Где взять инструкцию к девушкам с Земли? Особенно если эта девушка тёмный маг. Вспомнил легенду об Илаин. То видение. Она тоже плакала у обрыва скалы.
– Почему ты молчишь? – она кричит, и её голос эхом отзывается от стен и тут же распадается.
Она ухмыляется и вытирает слёзы тыльной стороной ладони.
– Молчи дальше. А я ухожу. И не ходи за мной.
Она разворачивается и уходит.
В незнакомый город.
В кромешную тьму.
Глупая.
Глава 12.1. Мия
Бреду по ночному городу, который вижу в первый раз. Не знаю, куда иду, просто куда-то, просто чтобы не думать. Но я думаю. О таком нельзя не думать.
Не понимаю, что со мной происходит. Словно это всё не я говорю, а кто-то другой. Почему я требую от мага то, что не должна требовать девушка после недели знакомства? Да, я влюбилась, как дура. А он – нет. Да, так бывает. С кем не бывает? Со всеми бывает. Только обычно не с тем, кто превращается в кота на рассвете.
Головой понимаю это, но веду себя, как пятилетка. Сейчас сбежала и не знаю, где я, и зачем. И, вообще, мне страшно, чёрт возьми, и холодно.
Не вижу ни одной многоэтажки, только частный сектор с домами, построенными, наверное, ещё до рождения Марка. Опять о нём вспомнила. Кыш-кыш.
Подхожу к полуразваленной остановке и сажусь на скамейку, точнее на то, что от неё осталось. Как здесь люди живут? Разруха, как после войны. Пытаюсь думать о доме или работе, но все мысли сходят к нему. Виновата магия, наверное. Она на меня плохо влияет. Выдыхаю. Отпустило. Кажется, стало легче.
Интересно, сколько я уже здесь времени провела? Час, два, больше? Он всё ещё не пришёл за мной. Послушный какой. Я же сказала – не ходи. А если он правда послушался? Если стоит сейчас где-то там, смотрит в ту же сторону, что и я, и ждёт, когда я вернусь сама?