– Мальчик? – тихо спрашивает Грингорг.
– Да. Маленький. Его вёл за руку мужчина. Ребёнок плакал, но улыбался. И махал. Мне… или кому-то другому. Не знаю. Потом мужчина дёрнул его, и мальчик больше не оборачивался.
Грингорг и Адам переглядываются. Молчание затягивается.
– Что? – мой голос дрожит. – Что вы знаете?
– Мия, – Адам говорит мягко, почти ласково. – Магия – древняя сила. Она иногда показывает то, что было задолго до нас. Тебе не нужно бояться.
– Но мальчик…
– Всего лишь сон, – перебивает он.
Грингорг сжимает губы, отводит взгляд. Я вижу это. Он хочет сказать что-то ещё, но Адам уже берёт меня за руку.
– Нам пора.
– Пора? Куда?
– В Ланэт. Грингорг едет с нами. Он поможет твоей матери.
Я смотрю на Грингорга. Он выглядит уставшим, старым. Но в глазах – что-то живое. Он кивает.
– Помогу, девочка. Чем смогу.
– А мальчик? – не отступаю я. – Кто он?
– Другая история, – говорит Адам. – Не твоя.
Он ведёт меня к выходу. Грингорг идёт следом, почти вплотную. Я оглядываюсь на него. Его губы шевелятся, но звука нет. Я не понимаю, что он говорит, и мотаю головой, пока Адам не видит.
А потом мы выходим, и дверь закрывается.
Темно, но мне уже не страшно.
Я думаю о маме. О том, что с ней. Жива ли она ещё? А ещё о том, что происходит со мной и почему это действует на других.
Раньше я верила, что магия – это добро и она может творить чудеса. Но убивать? Меня к такому не готовили.
Мы идём по другой дороге. Здесь дебри, и каждый шаг отдаётся эхом. Ни домов, ни магов, ничего. А потом появляются небольшие землянки. Они возвышаются над землёй не больше, чем на полметра. Вместо окон – плотные решётки, которые искрят красно-чёрным свечением. На решётках – большие навесные замки.
– Лила, – хриплый шёпот за моей спиной. – Лила.
Я оборачиваюсь и вижу, как из-за решётки виднеется голова мужчины. Не могу его рассмотреть из-за темноты, только вижу, что он не молодой. Морщины подсвечены решёткой, которые больше похожи на проталины во льду.
– Ли-ла?
Адам шикает на него и тянет меня за собой, но я вырываю руку и подхожу к землянке. Сажусь на корточки.
– Я не Лила.
Мужчина опускает глаза вниз. Сквозь решётку я вижу, что он стоит в полный рост на кровати. Землянка уходит глубоко вниз.
– Простите.
– Не извиняйтесь, – пытаюсь я улыбнуться. – Меня зовут Мия, а вас?
Он молчит, а потом поднимает глаза на меня. Мне кажется, что они чёрные. Но здесь слишком темно, я могу ошибаться.
– Пошли, – не выдерживает Адам. Он пытается скрыть злость, и я чувствую, что ему не нравится это.
Мне плевать, что он чувствует. Я жду ответа. Но мужчина молчит. Встаю и собираюсь уходить вместе с Адамом, как слышу шёпот. Всё тот же хриплый.
– Тэрад. Меня зовут Тэрад.
– Очень приятно, – кидаю я через плечо, но больше не останавливаюсь.
Грингорг всё это время шёл рядом и молчал.
Зачем Адам притащил меня сюда? Чтобы забрать Грингорга? Это можно было сделать и без меня. Тогда зачем?
Мы подходим к побережью. Я вижу свой город на другой стороне, и от этого становится тепло.
Адам говорит, что нам нужно взяться за руки, чтобы телепортироваться. Я ухмыляюсь. Вся его магия сводится к тому, чтобы меня потрогать. Гад.
Выдыхаю и обращаюсь к Грингоргу.
– Грингорг, телепортация действительно требует прикосновений?
– О чём вы, Мия?
– Нам нужно взяться за руки?
– Не обязательно.
Адам поворачивается лицом к Грингоргу и вежливо ему улыбается.
– Ты что-то путаешь, Грингорг. Наверное, стар уже стал. Ты же сам меня учил, помнишь? Когда я только учился магии.
– Я? – уточняет тёмный целитель.
– Ну да. Ты, конечно же.
Грингорг мечется взглядом между мной и Адамом, а потом утвердительно кивает.
– Точно. Запамятовал.
– Тогда пусть в этот раз это сделает Грингорг, – говорю я Адаму и становлюсь напротив целителя.
– Я тебя обидел чем-то? Я же только помочь хочу.
– Спасибо, Адам. Я благодарна. Просто сделаем так.
Он соглашается, а я беру за руки старика.
Грингорг смотрит на меня испуганно, но молчит.
А потом мир стал терять фокус.
И расплываться.
Глава 18.2. Марк
– Что за дыра? – говорит Сирена, ступая на побережье Ланэт.
– Эй. Я, между прочим, здесь пять лет прожил.
– Так я о чём. И говорить начал, как последнее отребье, – вздыхает. – Сейчас же ночь. Разве не твоё время?
– Я при тебе не буду это делать, – шиплю на неё.
Сирена поднимает бровь и смотрит на меня снизу вверх.