– Ты ведь сама мне открыла портал в этот город, когда узнала, что отец прогнал. То есть, – я отхожу на шаг. – Ты специально сделала так, чтобы отец меня прогнал.
Сирена молчит. Я смотрю на неё и сам себе отвечаю:
– Не может быть.
Но я уже знаю – может. Всё что угодно, может.
– Так, принц, потише на поворотах.
– Но зачем?
Сирена поднимает ладони вверх и облизывает нижнюю губу.
– Марк, не выдумывай.
Я отступаю на шаг.
– Ты пошла со мной не помогать. И пророчество – это ложь.
– Да нет же. Успокойся, истеричка.
Делаю ещё шаг назад.
– Я тебе не верю. Это всё ты. Ты. Из-за тебя… Ведьма.
– Она от тебя отказалась. Ты никому не нужен, Марк. Ни родителям, ни Торвилу, ни ей. Я – единственная, кто рядом.
– Ты та, из-за кого я в таком дерьме.
– Пошли. Нам нужно поговорить. Но не здесь.
Я смотрю на неё, а передо мной Дайрен, который фальшиво улыбается и говорит:
– Братец, не ты в дерьме, а ты – дерьмо.
И с этим было сложно спорить.
Я хотел уничтожить Сирену, но не мог. Даже в этом она права. Сейчас у меня никого нет, только она.
Слышал её шаги за спиной. Листья шуршали в такт движениям, а мысли в голове гудели. Сейчас хотелось опустить руки и убежать. Спрятаться там, где никто меня не найдёт. Но даже это было для меня непозволительной роскошью. На кону стояло слишком много.
Закрываю глаза. Тьма. Тишина. Никто не зовёт, никто не ждёт. Открываю. Сирена стоит на том же месте. Смотрит на меня, и я иду дальше. Потому что остановиться – значит согласиться, что всё кончено.
До того, как я встретил Мию, я жил в заброшенном клубе. Мне нужно было всего лишь помещение, остальное – дело техники. Или магии.
Прикладываю ладонь к двери. Снаружи она заколочена досками и забита гвоздями. Смотрю по сторонам. Никого. На время дверь исчезает, и мы с Сиреной проходим внутрь.
Она осматривает студию и одобрительно кивает.
– Уютненько у тебя здесь, котик.
Телепортируюсь к ней и хватаю за горло.
Пальцы сжимаются сами. Не я управляю ими – они управляют мной. Я чувствую её пульс под кожей. Частый, испуганный.
Хорошо. Пусть боится.
Ухмыляюсь.
– Рассказывай, ведьма.
Она пытается вдохнуть.
– Отпу…сти меня. Дышать… не могу.
Я отпускаю руку. Сирена вдыхает.
– Чокнутый.
Всё ещё смотрю на неё. Она машет руками.
– Ладно, ладно. Будь, по-твоему.
Она садится на диван и складывает руки в замок на коленях.
– Пять лет назад явилось пророчество. Да, я не вру! – смотрит на меня осуждающе. – Ну соврала только о времени явления, и то чуть-чуть, – смыкает указательный и большой палец.
– Давай к делу. Что тебе там приснилось?
– Не приснилось, остолоп. Явилось. И не мне, а Мирель. Сестру мою помнишь?
– Ту, что жаб ест?
Сирена щурится, но кивает.
– Тот, кто изгнан, встретит того, кто уже умер однажды. Справедливость восстановится, но плата будет высока.
– Чего? Что ты несёшь?
– Ну, пророчество.
– Стоять, – выдыхаю. – Тот, кто изгнан, – типа я, – показываю на себя пальцем. Сирена одобрительно кивает. – Ладно. Кто умер однажды? Что за…?
– Этого я не знаю.
– И ты для этого сделала всё, чтобы меня изгнали?
Кивает.
– А какая справедливость?
– А вот это ты должен знать. Как только маги ушли в Торвил, сразу же появилось пророчество о войне через тысячу лет. Тёмные до сих пор нас ненавидят.
Снова хватаю её за горло.
– Ты врёшь. Пока мы думали, что портал запечатан… Ты…
– Ты из меня чудовище делаешь, Марк. Я тебе сказала правду. И отпусти ты меня наконец, – вырывается и отходит к окну. – Совсем кукухой поехал из-за этой девчонки, – бубнит себе под нос.
Война через тысячу лет. Неужели тёмные всё ещё хотят нас уничтожить?
Да ну нет. Бред какой-то.
И без них забот хватает.
Глава 20.1. Мия
Сижу и смотрю на светящуюся табличку: «Не входить! Реанимация!»
Хочу открыть дверь и ворваться. Убедиться, что с мамой всё в порядке. Но легче от этого не станет. Ни мне, ни ей. И я это знаю.
Пятнадцать минут назад пришёл Адам. Он просто сел на самый крайний стул и смотрел в пол. Ему тоже мерзко, знаю. Может, он и правда хотел как лучше.
Я что, его оправдываю? Он тёмный маг! Должен знать, что делает. А развёл сопли какие-то. Тьфу. Противно. Но смотрю на него, и жалость подкрадывается к душе всё ближе и ближе. Я не хочу его жалеть. Не имею права. Он тёмный маг. Он должен был знать.