– Не хочу. Но ты останешься.
Мы стояли и молчали. Тишина была громче любых слов. Я не знала, что сказать. Он – тоже. Мы просто смотрели друг на друга. Этого было достаточно.
А потом дверь снова распахнулась.
В квартиру влетает пронизывающий ветер, а следом – та самая ведьма. По телу бегут мурашки, но я всё ещё сижу.
Сирена обходит Марка и выходит вперёд.
– О, нашёл-таки свою Джульетту? – потирает ладони и улыбается. – Отлично. Значит, перебираемся сюда? А то меня достала твоя дыра, – на слове «достала» она скривилась.
Я молчу. Её наглость разрубила всё напряжение. Не знаю, что сказать. Сижу и смотрю, как она заглядывает во все комнаты.
– Мия, закрой рот. А то муха залетит.
– Сирена! Будь повежливее, – говорит Марк.
Игнорирую её слова. Встаю и иду следом за ней.
Она врывается в мою комнату и плюхается на мою кровать. На мою, чёрт возьми, кровать. Смотрит нагло на меня и говорит:
– Мне нравится. Я здесь. А вы там, голубки, потеснитесь.
Поворачиваюсь и смотрю на Марка.
– Какого хрена?
Он пожимает плечами.
– Ты права. Маги – эгоисты.
Глава 22.2. Марк
Я пришёл к ней поговорить, но остался. Она не спрашивала, приказала, как прислуге. А я оказался послушным. Ноги больше никуда не шли. Сирена права: у этой девчонки слишком много власти надо мной.
Теперь мы втроём. Я, Мия и Сирена. И это хуже, чем склад боеприпасов. У меня ощущение, что я каждый день ступаю по мине, и если я хоть на секунду перестану себя контролировать, всё взлетит на воздух.
Прошло три дня с того момента, как я пришёл к Мии. Я ждал этого дня, хотел с ней увидеться. Но по-другому. Теперь каждый день слушаю, как эти две пытаются что-то доказать друг другу.
Кошачье проклятие никуда не делось. Не знаю, радоваться этому или нет. Что будет потом? Наши пути снова разойдутся? Возненавидит ли она меня ещё сильнее? Неизвестность пугает куда больше, чем любой плохой исход.
– Сегодня идём на побережье, – говорит Сирена.
– Почему туда?
– Тсс, сиди молча. Уши прижми, хвост тоже.
Мия подняла брови и едва заметно улыбнулась.
– Эй! Тебе не стыдно? Твоего кота обижают. А как же: будь в ответе за тех, кого приручила?
Она разводит руками и поджимает губы.
– Значит, не приручила, раз сбежал.
Сирена смеётся и хлопает Мию по плечу.
– Мы с тобой поладим.
– Напомни-ка мне ещё раз, зачем мы идём на побережье?
Сирена останавливается и недоумевающе смотрит на Мию, потом оборачивается на меня.
– Увидишь. Будет весело, – ухмыляется.
Да они обе издеваются. Чувствую себя третьим лишним.
Мы подходим к окраине. Я еле плетусь. В этом облике силы ограничены: и физические, и ментальные. Вижу полосу деревьев – наконец-то отпускает. И чему я радуюсь? Знаю, что будет. Ничего хорошего.
Мы выходим на небольшую поляну. Сирена всё рассчитала. Идеально подходит для магического манёвра.
Она садится посередине в позе лягушки, выкладывает перед собой три книги, которые я ей дал.
– Так. Люди сюда, – указывает пальцем по левую сторону, – животные туда, – указывает пальцем в правую сторону.
– Хорошо, – кивает Мия.
– Сирена, ты вообще охренела?
– Фу, как некультурно, Марк. Папочка бы ругался за такую речь.
Впиваюсь когтями в землю и шиплю.
– Тише, котик. Жить хочешь – значит, терпи меня.
Грёбаная манипуляторша. Понимаю, что она права. Молчу и ещё больше выпускаю когти.
– Медитацию мы с тобой уже проходили. И это самое важное для мага. Ты и есть твоя сила. Вчера ты её уже почти почувствовала. Осталось только научиться контролировать.
– А если не получится?
– Тогда она будет контролировать тебя и… – показывает пальцем на меня. – И его. Любая вспышка силы будет причинять ему боль. Теперь вы связаны. И это хуже, чем любовь, детка.
– Я об этом не просила, – она скрещивает руки на груди.
Сирена смотрит на меня, но говорит Мии.
– Марк, тебе не рассказывал легенду об Илаин?
– Заткнись, – рычу на неё.
– Какая легенда? – Мия переводит взгляд с неё на меня и обратно.
– Древняя легенда. Очень древняя. Но именно с неё начался запрет на любовь у магов.
– Вот как?
– Думаю, ты должна её услышать, чтобы понять суть. Ваша история немного похожа. И это скорее исключение, чем правило.
Началось.
– Без теории никак? – перебиваю её.
– Как. Но не с ней.
Она подходит ближе, садится на землю, поджимая под себя колени, и шепчет мне на ухо:
– Поверь мне. Для этой девочки любовь – очень важная вещь. Она – человек. А ты разбил её сердечко. Боюсь, пока она снова не впустит тебя в своё сердце, у нас ничего не выйдет.