— Убийство? Я запретила это слово! Не было никакого убийства! — Её руки сильнее сжали трость. Она рылась в карманах юбки в поисках ключей. — Мы должны послушать Дом. — Ее шея щелкнула, когда она повернулась к своему слуге. — Драдж. Драдж! Это правда?
Круглые зеркала на туалетном столике качнулись вперед, отбрасывая бесконечные коридоры света в центральное стекло. Саттралоп застонала и сжала ручки кресла. Она начала дрожать.
— Старый Дом волнуется, — прошептала она. — Землеройки грызут стропила. Жуки разбегаются по погребам. — Она задохнулась от боли. — Есть рана, зияющая в верхних башенках! Кто-то незваный пересёк порог! Кто это? Кто там?
— Это он, — сказал Глоспин. — Прислушайтесь. Он вернулся.
— Он? — Саттралоп глухо застонала. Её зеркало отразило коридор, ведущий к грибной ферме. Сейчас в нем стояли две отдалённые фигуры. Одна была кузиной Инносет, другая носила бледную шляпу, скрывавшую лицо.
По крайней мере, подумал Глоспин, старая карга распознаёт незнакомца в нашей среде.
— Драдж! Драдж! — позвала Саттралоп. Драдж подошёл к ней.
— Почему ты позволил мне спать так долго, а? Который час? Я хочу увидеть свою семью. Всех их. И приведите мне этого нарушителя, кем бы он ни был. Живо!
Уверенность Доктора уменьшалась под пристальным взглядом Инносет.
— Нет, я не верю ему.
Он опустил глаза и добавил:
— Спасибо за информацию, кузина.
— Одних слов недостаточно, — сказала Инносет.
— Чем скорее Квинц будет разбужен, тем лучше.
Доктор мельком взглянул на Криса и пропустил внезапное выражение страха на лице Инносет. Крис заметил это и перешёл к своей роли судьи. Он смахнул грибы с шеи Аркхью.
— У него на горле огромный синяк. Думаю, его кто-то задушил. Доктор стукнул по забору.
— Да, в конечном счете, он мёртв, — сказал Доктор. — Не регенерировал. Он был убит. Возможно, ты предоставишь нам и список подозреваемых, Крис.
Инносет внезапно обернулась, чтобы посмотреть на вход.
— Уходите отсюда, быстро, — сказала она. — Ну же!
Как только Крис перелез через ограду, Инносет направилась к двери. Из тени появилась огромная фигура драджа, высокая даже для неё. Он вертелся, чтобы увидеть Доктора и Криса, но Инносет преградила ему путь, поднеся лампу к лицу.
— Нет, — твёрдо сказала она.
Драдж попытался пройти мимо неё. Он указал рукой на злоумышленников и издал сухое рычание, похожее на треск раскалывающегося дерева.
— Нет, — повторила Инносет. — Это мои гости. По законам гостеприимства, они находятся под моей защитой. Ты должен им повиноваться.
Доктор подошёл к Инносет, таща за собой Криса. Он поднял шляпу мелодраматическим жестом.
— Большое спасибо за приглашение, кузина Инносет. Мы надеемся, что наше пребывание будет приятным. — Он толкнул Криса.
— Гм, да. Спасибо, — сказал Крис.
Инносет склонила голову, удостоверяясь, что драдж видел ритуал.
Две крошечных полированных сферы находились в вырезанном лице, отражая комнату и её обитателей. Крис заметил собственное изображение и почувствовал себя пойманным в ловушку.
Солнечный свет отражался от листьев и реки. Он слышал щёлканье рогов соперничающих жуков. Он ткнул одного из них веткой камыша. Жук загудел, расправив крылья, и огрызнулся на тростник. Он ткнул его снова и наблюдал, как тот улетает.
Позади раздался крик. Он повернулся и увидел, что молодая женщина бежит по песчаному берегу.
Это была кузина Инносет. Она выглядела двадцатилетней. Ее одежда, тяжелая для такой экспедиции, зацепилась за корни. Она приподняла край, открывая нижние юбки. Она заругала его, когда он засмеялся. Она попыталась освободиться, но корзина, которую она несла, опрокинулась, и все ягоды высыпались в песок. Она поскользнулась и упала вслед за ними.
— Мы опоздаем к ужину, — сказала она, пытаясь пригладить свои своенравные юбки. Он видел, что она тоже смеялась.
Крис чувствовал, что его держат под руки. Во рту он чувствовал вкус пыли.
— Моя комната, — услышал он Инносет. Драдж вертелся, наблюдая, как они уносят его.
— Я в порядке, — пробормотал он.
— Тебе повезло, старик, — почудились ему слова Доктора.
Насколько виновен Доктор в тяжёлом положении своей семьи? Мы знаем, что он влияет на любое место, где бывает. Никто из тех, кого он встречает, даже на мгновение, не уходит невредимым. Его причастность обычно полезна, но в случае с его семьей это просто катастрофа. Если Вы проследите за пагубными событиями в Доме, все они начинаются с момента, когда Доктор уходит. Или раньше? С момента рождения? Кузен Глоспин подозревает, что ещё раньше. Возможно, настоящая проблема состоит в том, что Доктор вообще существует. Рано или поздно ему, вероятно, придется начать говорить, что он сожалеет об этом.