Они замерли, услышав звук шагов. Едва девушки успели спрятаться в огромной комнате, как что-то очень высокое вошло внутрь.
Крис наблюдал за тем, как Доктор пытается покинуть библиотеку. Каждый раз, когда Повелитель Времени подходил к двери, столы и стулья толкали, пытаясь преградить путь.
Доктор молчал. Крис не мог читать его как книгу. Вместо этого он был слушателем поневоле десятков голосов, насильственно вторгнувшихся в его голову. Постепенно он привык к этому и смог сосредоточиться на собственных мыслях.
Предположим, что я действительно присутствовал при убийстве, а затем моя память была стёрта. О, возможно, здесь вина двойника? Но нет. Станок всегда ткёт по случайному шаблону. Ты не можешь выбрать свою будущую внешность. Шансы выглядеть похожим на кого-то бесконечно малы.
Всё это происходило на фоне мыслей, как будто включало в рассказ исторического текста то, что походило на свинячий визг, поющий наряду со своего рода оперной героиней, наряду с джазовым оркестром дешевого бара, репетицию речи по культурной динамике планеты Синяя Глубина в системе двух солнц Сапфо и список компонентов для самодельного вина.
Аркхью никогда не говорил, что это я. Возможно Аркхью узнал в убийце кого-то другого. Возможно, он пошёл к нему и сам был убит.
— Как мог Аркхью узнать кого-то другого, если убийца выглядел, как ты? Кто ещё был там?
Неужели нет никакой частной жизни? — пожаловался Доктор в мыслях, но вслух произнёс:
— Инносет видела кого-то, выходящего из комнаты.
— Она сказала, что это ты, — ответил Крис. — Если, конечно, ты не считаешь, что она сама замешана в убийстве Квинца. Я не могу читать её мысли.
— Но она умеет читать твои через меня. Доктор решил замять тему.
Почему она носит свою вину за собой в длинной косе за спиной? Я не знаю, что бы она сделала, если бы считала, что последствия повредят Дому. Это экстремальная ситуация. А ещё есть Глоспин.
— Он был на пороге смерти, помнишь? — прервал Крис. — Но я готов поставить месячную зарплату, что это он. Как насчёт Саттралоп?
Может ты перестанешь меня допрашивать, словно я главный подозреваемый?
— Но так и есть Доктор, — извиняющимся тоном произнёс Крис. — И в случае убийства Квинца, и Аркхью.
Меня подставили!
— Я тут не при чём!
Крис пожал плечами.
— Если бы мы были в Оверсити, ты бы уже находился за решёткой.
Доктор попытался добраться до двери, нырнув под стол, но тот намеренно присел, чтобы преградить ему путь. Когтистые лапы схватили плащ Доктора.
— Саттралоп не могла убить Квинца, — сказал он, пытаясь освободить одежду. — Не имеет значения, насколько они ненавидели друг друга. — Он выскользнул из плаща, оставшегося зажатым в лапах. — Но не забывай, что она уже солгала Дому о его смерти. И, по её мнению, сделала это весьма убедительно.
— Рано или поздно об этом всё равно узнают.
— Рано, — мрачно сказал Доктор. — Она планирует разбудить его сама. Интересно, кто будет более травмирован.
Крис медленно направился к двери, держась у стены. Мебель проигнорировала его.
— Я ухожу, чтобы кое-что выяснить. Я понял, о чём ты думаешь. Доктор кивнул.
— О чём же?
Крис улыбнулся и подумал: «Единственный выход — найти завещание».
— А, — произнёс Доктор. Он смотрел ему вслед, а затем перенёс внимание на спасение плаща.
— Он испортил мой шоппинг, — сказала Дороти. — Кто этот урод?
Они наблюдали за высоким деревянным существом из-за большого шкафа. Лила оттолкнула Дороти за спину, а затем сама спряталась за декоративными панелями.
У высокого существа отсутствовала голова. Только расщепленная шея, вокруг которой висели зеркала на цепочке. Он подошёл к мотоциклу и забрал пакеты M & S.
— Это был драдж, — сказала Лила. — Один из слуг Дома.
— Ненавижу общаться со слугами, — произнесла Дороти. Ей не слишком нравилось, что Лила взяла на себя роль лидера. — Не стоит задерживаться, если бы собираемся найти Доктора.
— Подожди, — остановила её Лила. Она присела и понюхала один из белых стволов. — Дом Лангбэрроу болен. Я чувствую это.
— Серьёзно? Хочешь сказать, он живой?
Лила принялась стягивать с себя длинную одежду.
— И если Дом болен, то болезнь переходит на слуг и мебель. Все они являются частью дома.
Она отбросила длинное платье и оказалась в обтягивающем белье из кожи. Её тело было стройным и подтянутым. Теперь она не походила на элегантную даму из общества. Она сунула нож в пустые ножны на поясе.