Мёртвое племя, подумала частица Эйс в Дороти. Она была поражена. Она взглянула на себя в большое зеркало. Тёмное лицо, которое выглядело усталым. Но это было её собственное лицо, сформировавшееся от тревог и сражений. Не обвиняющее и не спрашивающее. Обе Эйс и Дороти.
Она позволила Лиле идти первой, пока они не попали в заброшенный зал. В дальнем конце что-то светилось в стеклянной кабине. Призрак в алой форме, наполовину истлевший.
Это он, — сказала Лила, вглядываясь в стекло. — Это, должно быть, Редред, пропавший кузен Андреда.
Дороти прикоснулась к сгоревшей консоли.
— Для замены блока потребуется немного времени. Я видела подобное в ТАРДИС. Интересно, почему никто не сделал этого до сих пор. — Она посмотрела на призрак в машине. — Как долго он пробыл там?
Лила положила ладонь на рукоять ножа.
— Он пропал без вести шестьсот семьдесят три года назад, — ответила она.
Саттралоп перебирала содержимое белого пакета. Она разорвала одну из обёрток и вынула странный коричневый предмет. Кто-то принёс им пакеты с едой для Дня потусторонности? Или это была шутка Доктора? Вещь оказалась съедобной и богато приправленной зеленью, напоминая хлеб, который пекли бродяги на углях. Здесь же лежали незнакомые фрукты и пакетики с травяными смесями, пахнувшие, как чай.
— Возьми, — сказала она безголовому драджу. — Этого хватит для ужина. И найди злоумышленников.
Внезапно раздался стук.
Доктор, находившийся в библиотеке, бил кулаком по зеркалу. Он молчал, но весьма отчётливо мыслил.
Саттралоп! Немедленно прекрати это, или я скажу Дому о Квинце.
Она с яростью вцепилась в подлокотники. Какое высокомерие! Да как он смеет?
Она собиралась отправить драджа, когда разглядела фигуру, стоявшую за Доктором. Это был Глоспин.
Крис чуть было не споткнулся об Джобиску. Он подумал, что она мертва, но старушка вынырнула из глубокого камина и протянула ему свой телескоп.
— Взгляните, дорогой. Похоже, будет дождь.
Крис лёг на спину и взглянул сквозь трубу в далёкое светлое отверстие.
— Теперь можно смотреть лишь в западный камин, — грустно произнесла Джобиска. — Кузен Латон думал, что сможет подняться вверх по восточному камину, но застрял. Мы слышали, как он регенерирует в течение одиннадцати дней. Это было пятьсот шесть лет назад, и он всё ещё там.
— Она взяла Криса за руку. — Мне двести девяносто девять. И никто не хочет отвести меня домой. Крис сел.
— А кого бы Вы хотели увидеть в качестве проводника?
Глаза Джобиски снова наполнились слезами.
— Аркхью, дорогой. Мы вместе играли в «Сепалчезм». Куда он ушел?
— Он просто ушёл, — мягко ответил Крис. Она негромко застонала.
— Нет, дорогой. Он всегда говорил, что не может позволить себе уйти.
— Что?
— Он был должен слишком много. Он пытался расплатиться, но ставка была слишком велика. Крис почувствовал, как что-то щёлкнуло в его уме. Это напомнило ему об объятиях Роз.
— Что здесь можно поставить? Кому он проиграл? Бьюсь об заклад, что Глоспину. Она подавила слёзы.
— Аркхью сказал, что это было единственным, что он мог поставить. Остальное уже принадлежало Глоспину.
Крис хотел обнять крошечную старушку, но боялся, что она этого не выдержит. Поэтому он наклонился и нежно коснулся губами её руки.
Что-то прорезало воздух рядом с его ухом. Нож приземлился на пол.
Резкая боль заставила его сфокусироваться. Крис был окружен людьми. Все кузены с портрета обращались к нему. Казалось, они думали, что он — Доктор.
— Вот он!
Кузены исчезли. Джобиска указывала на кого-то, пытавшегося спрятаться под диваном.
— Глоспин!
Крис бросился и вытащил его за воротник. Это оказался Оуис.
— Это не я! — взвизгнул он.
— Хорошая попытка, — ответил Крис. — Ты и Аркхью так убил?
— Зачем мне это? — вспотел от страха Оуис.
— Они вместе искали пропавших, — сказала Джобиска.
— Насколько успешно? — зарычал Крис. — У тебя были пари с Глоспином? Оуис с трудом сглотнул.
— Иногда.
— Ничто так не возбуждает, как здешнее пари.
— Вполне.
— Да?
— Мы с Аркхью были друзьями. И нам никогда не попадалось завещание.
— Аркхью ненавидел Оуиса, — добавила Джобиска.
Он поднял руку, чтобы ударить старуху. Крис толкнул его на пол. Они начали бороться.