— Пошел! — крикнул Хмельницкий, выбивая сапогом боковую дверь склада.
Петли жалобно скрипнули, металл поддался. Тройка советских диверсантов ворвалась внутрь.
Ангар был огромен. Вдоль стен тянулись длинные деревянные столы, заставленные лабораторным стеклом, перегонными кубами и весами. В центре возвышались пирамиды мешков с готовым сырьем, а в дальнем углу стояли десятки металлических бочек с химикатами. Запах здесь был настолько плотным, что его можно было резать ножом.
Двое лаборантов-азиатов в резиновых фартуках в ужасе замерли над кипящей колбой. Третий, одетый в военную форму, попытался выхватить из-под стола пистолет-пулемет «Томпсон».
Офицер не раздумывал ни доли секунды. Два коротких выстрела из карабина навсегда отбили у охранника желание играть в героев. Лаборанты, с визгом бросив посуду, кинулись к запасным дверям.
— Не трогать, пусть бегут! — рявкнул инструктор, занимая позицию у входа и беря на прицел улицу. — Арнольд, твое время! Минируй тут все к чертовой матери! Ян, прикрываешь левый фланг, если кто сунется — жги!
— Будет исполнено! — гаркнул Кабыздох, перехватывая М-16. — Оставим от этих химиков только воспоминания и таблицу Менделеева!
Смолянинов с грацией хирурга бросился к бочкам с реактивами. Сапер двигался стремительно, но без суеты. Из его сумки появлялись матово-белые куски пластида. Аристократ лепил их на несущие опоры ангара, на самые крупные чаны с варившимся опиумом и на штабеля готовой продукции. Руки минера привычно соединяли контакты, вплетая смертоносную паутину детонирующих шнуров в интерьер нарколаборатории.
На улице грохот боя достигал апогея. Партизаны Нгуена успешно связывали боем остатки охраны, пулемет Скобаря не давал поднять головы тем, кто застрял во дворе, а СВД Шульги методично выбивала любого, кто пытался приблизиться к пулеметным вышкам или взять на себя командование.
Смолянинов сделал последний, почти ювелирный виток изолирующей ленты, фиксируя детонатор на пузатой металлической бочке с эфиром. Сапер действовал с изяществом концертмейстера, завершающего сложную симфонию, ни на секунду не поддаваясь суете.
— Финал близок, товарищ старший лейтенант, — доложил аристократ, тщательно вытирая руки о белоснежный платок, извлеченный из глубоких недр разгрузки. — Цепь замкнута. Учитывая запредельную концентрацию легковоспламеняющихся химических паров в помещении, смею заверить: объемный взрыв превзойдет даже самые смелые ожидания. Крыша этого заведения отправится прямиком на околоземную орбиту.
— Отличная работа, Арнольд, — Хмельницкий короткими выстрелами из дверного проема отогнал парочку особо ретивых охранников, решивших проверить, почему затих склад. — Ян, отходим! Прикрываешь тыл.
Тройка диверсантов рыбками выскользнула через вырезанную в проволоке прореху, оставив за спиной напичканный смертью и дурманом ангар.
Они успели отбежать на полсотни метров и нырнуть в неглубокую дренажную канаву, когда наперерез из-за деревянных казарм выскочил десяток наемников в тигровом камуфляже. Чужаки наконец-то сообразили, что главная угроза исходит не от южных ворот, где вовсю шумели партизаны Нгуена.
Кабыздох, не дожидаясь команды, вскинул трофейный дробовик. Картечь с ревом вымела первую шеренгу бегущих, превратив их в кровавое месиво.
— Куда прете, олухи⁈ — рявкнул обрусевший немец, с лязгом передергивая цевье. — Закрыто на санитарный день!
Рязанец добил оставшихся короткими, злыми очередями из карабина, не давая врагу опомниться.
— Арнольд, жми свою кнопку, пока они еще резервы не подтянули! — скомандовал офицер, вжимаясь в сырую глину и прикрывая голову руками.
Специалист по минно-взрывному делу изящно откинул защитный пластиковый колпачок на самодельном радиодетонаторе.
— С превеликим удовольствием. Да будет свет!
Большой палец минера плавно вдавил тумблер.
На долю секунды над долиной повисла ватная, неестественная тишина, сквозь которую пробивался лишь стрекот автоматов вдалеке. А затем земля содрогнулась с такой первобытной яростью, будто под лаосскими горами проснулся древний вулкан.
Склад готовой продукции перестал существовать. Сдетонировали заботливо расставленные килограммы пластида, а вслед за ними в дело вступили сотни литров летучих реактивов и паров эфира. Гигантский огненный шар, ослепительно белый в центре и багрово-черный по краям, с утробным ревом пожрал жестяной ангар, расшвыривая его куски словно конфетти.
Ударная волна прокатилась по базе сброшенным с цепи ураганом. Хлипкие бараки сложились вовнутрь, как карточные домики. Смотровые вышки, на которых уже лежали ликвидированные Шульгой пулеметчики, просто сдуло в джунгли вместе с мешками песка и опорными столбами. Горящие ошметки досок, куски арматуры и капли оплавленного металла градом посыпались на головы деморализованных наемников.