Сквозь рев авиационных турбин прорвался истошный вой сирен, а в шлемофонах летчиков вместо четких команд диспетчера вдруг загрохотал раскатистый, пересыпанный отборным матом русский смех.
Операция «Громовой раскат» споткнулась на самом старте. И в эту секунду замешательства из спасительной темноты на залитый светом перрон шагнул Ян Генрихович Кабыздох.
Исполинская фигура штурмовика, вымазанная копотью и маскировочной пастой, казалась древним богом войны, спустившимся в индокитайскую долину ради одной-единственной цели: ломать и крушить.
Обрусевший немец не стал тратить время на приветствия. Здоровяк вскинул на могучее плечо трубу РПГ-7, поймав в простенький механический прицел жирный, тяжелый силуэт истребителя-бомбардировщика F-4 «Фантом». Самолет стоял ближе всех, под его крыльями угрожающе топорщились гроздья кассетных бомб и баки с напалмом.
— «Кто сеет ветер, пожнет бурю!» — зычно проревел Ян Генрихович, цитируя Писание с интонацией балаганного зазывалы. — Лови бурю, пернатый!
Палец вдавил спуск. Гранатомет плюнул тугой струей огня, с силой толкнув стрелка в плечо.
Реактивная граната с характерным шипением преодолела сотню метров за долю секунды и ударила точно в корневую часть крыла «Фантома», прямо в подвесной топливный бак.
Кумулятивная струя прожгла дюралюминий как бумагу. Взрыв был такой силы, что многотонную машину подбросило на шасси. Детонация мгновенно передалась на подвешенные боеприпасы. Истребитель перестал существовать, превратившись в ревущий вулкан раскаленного металла и огня. Ошметки обшивки и горящие куски турбины шрапнелью разлетелись по перрону, щедро скашивая опешивших охранников и техников.
Кабыздох отбросил бесполезную трубу гранатомета и хищно оскалился.
Слева от него, у мешков с песком, ограждавших стоянку дежурного тягача, заворочался контуженый пулеметчик из числа наемников. Американец попытался развернуть установленный на сошках ручной пулемет М60 в сторону появившегося из ниоткуда гиганта.
Ян Генрихович оказался быстрее. Два коротких, властных шага — и штурмовик впечатал кованый ботинок в челюсть стрелка, отправляя того в глубокий нокаут. Следом огромные ладони перехватили тяжелый пулемет. Здоровяк одним слитным движением сорвал М60 с бруствера, перекинув толстую патронную ленту через локоть.
— А теперь дискотека! — гаркнул десантник, зажимая гашетку.
Тяжелый пулемет, который в американской армии не зря прозвали «Свиньей» за вес и прожорливость, в руках псковского Голиафа казался легкой игрушкой. Кабыздох пошел вдоль линии легкомоторных штурмовиков Т-28 «Троян», поливая перрон свинцовым дождем от бедра.
Длинные, безжалостные очереди вспарывали обшивку самолетов, крошили плексиглас кабин и пробивали бензобаки. Трассеры рикошетили от бетона, высекая снопы искр.
Паника на стоянке достигла апогея. Пилоты, поняв, что взлета не будет, в ужасе отбрасывали фонари кабин и пытались вывалиться прямо на бетон, путаясь в парашютных лямках. Охрана базы, дезориентированная отсутствием связи и ослепленная взрывами, открыла беспорядочную стрельбу во все стороны, часто попадая по своим же метавшимся в дыму товарищам.
— Куда побежали, эксплуататоры⁈ — ревел Ян Генрихович, перекрикивая трескотню своего М60. — Сдаем билеты! Рейс откладывается по техническим причинам! Как писал старик Кант: «Звездное небо надо мной, а моральный закон…» требует, чтобы я сжег эту богадельню дотла!
Пулеметная лента подошла к концу, и оружие сухо щелкнуло. Штурмовик не стал возиться с перезарядкой. Он отшвырнул дымящийся ствол в сторону и выхватил из разгрузки две осколочные гранаты М26.
Впереди стояла пара уцелевших «Троянов». Техники успели подкатить к ним трапы, но пилоты еще не поднялись на борт.
Гигант выдернул чеки, выждал секунду и, размахнувшись с грацией дискобола, отправил ребристые «лимонки» в идеальный полет. Обе гранаты с ювелирной точностью нырнули прямо в открытые кабины штурмовиков.
Два глухих, сдвоенных хлопка раздались почти одновременно. Приборные панели, кресла пилотов и сложная авионика превратились в искореженное, дымящееся крошево. Авиация ЦРУ слепла и глохла на глазах.
Внезапно из-за догорающего остова «Фантома» выскочила группа быстрого реагирования — пятеро рейнджеров MACV-SOG в полной выкладке. Опытные спецы не поддались общей панике. Они мгновенно оценили ситуацию, рассыпались веером и взяли гиганта на прицел своих укороченных карабинов.