— Пойдем.
Я вскочила, с опаской глянув на поверженного врага.
— Не скоро очухается, — проследил за моим взглядом Фролов. — Но нам лучше отсюда уйти.
Я покосилась на боевые травмы своего защитника и поспешила за ним.
Против ожидания, мы направились не к двери, а в глубь здания. Прошли несколько извилистых коридоров и очутились около кабинета без таблички. Фролов достал ключ, открыл дверь и вежливо пропустил меня вперед. Я с любопытством огляделась. Кабинет оказался под стать ресторану — простота и сдержанный шик, ничего лишнего. Брюнет тем временем устроился в кресле и пододвинул к себе телефон.
— Леша, подгони машину, — коротко бросил он в трубку и обратился ко мне: — Куда тебя отвезти?
— Меня Ситников подвезет, — быстро ответила я.
— Не рассчитывай на него, — усмехнулся Фролов. — Он с упоением окучивает какую-то рыжую.
Я мысленно чертыхнулась и принялась отказываться:
— Я сама прекрасно доберусь…
— Не придумывай, — мягко улыбнулся собеседник. — Я сейчас поеду домой, мой водитель заодно и тебя подбросит.
Я хотела отказаться, но вспомнила, что денег на такси у меня нет, а на улице, возможно, ждет озлобленный бритый, и согласилась. Взглянула на ссадины, которые Фролов получил, защищая мою девичью честь, и почувствовала себя виноватой.
— Надо обработать, — робко заметила я.
— Ты об этом? — Брюнет коснулся синяка на скуле и поморщился. — Ерунда.
Но я уже заметила аптечку за занавеской и преисполнилась энтузиазма. Вытащила необходимые причиндалы и приступила к роли медсестры.
— У тебя волшебные ручки, — заявил этот нахал, когда я завершила процедуру.
Я решила не обращать внимания на выкрутасы, но он не унимался:
— А как же поцелуй в благодарность за спасение?
— В благодарность я обработала ваши боевые ранения, надеюсь, мы в расчете.
Ответить он не успел — в кабинет постучали, а следом на пороге возникло шкафоподобное создание, водитель, насколько я поняла.
— Поехали, — кивнул мне Фролов.
Через черный ход мы покинули ресторан и оказались на улице. Во дворе стоял шикарный «Лексус», к моему удивлению, не черный, а темно-вишневый. Мы загрузились в него и понеслись по вечернему городу. Я думала, водитель сначала высадит хозяина, а потом доставит меня домой, но оказалась не права. Машина затормозила возле дома, Брюнет вышел вслед за мной.
— Рассчитываете на чашку кофе? — усмехнулась я. — Опоздали, напиток уже налит другому, — и скрылась в подъезде.
В прихожей я с наслаждением скинула надоевшие шпильки и прошлепала на кухню. За столом сидел Мишка и наливался коньяком.
— Что за трагедия мирового масштаба? — поинтересовалась я, устраиваясь на стуле и с удовольствием вытягивая ноги. — Или это из любви к искусству? Неужели ты алкоголик-тихушник и забыл меня проинформировать об этом прискорбном факте?
— Неприятности на работе, — буркнул он, уставившись стакан, словно надеялся там что-то высмотреть.
процитировала я, отбирая стакан и бестрепетной рукой выливая содержимое в мойку.
— Где была? — спросил Мишка, очнувшись от анабиоза.
— В «Чайной розе» на корпоративе, — зевнула я. — И зачем только их устраивают… — я зевнула вторично, пожелала Мишке спокойной ночи и отправилась спать.
Глава 6
Утром за завтраком я пыталась составить план действий. Как назло, ничего особо умного в голову не приходило, и я решила посетить «Зеленую утку», чтобы присмотреться к Рогозину, авось пойму, он или нет секретничал в Васькиной ванной. Быстро собралась, не дожидаясь, пока проснется Миша, и покинула квартиру.
«Зеленая утка» располагалась в самом обычном тихом районе, среди магазинов и панельных домов. Да и заведение выглядело вполне прилично, что не могло не порадовать. Оставалось гадать, почему оно пользуется дурной славой. Я задумалась. Не могу же я так просто войти и позвать Рогозина, это будет выглядеть подозрительно. А если корни преступления растут именно из кафе, как я узнаю об этом? Мой взгляд зацепился за листок бумаги на двери. «Требуется уборщица», — гласила цидулька. Идея возникла моментально, и я решительно направилась внутрь здания.
Очутившись в холле, я принялась вертеть головой, силясь увидеть хоть кого-нибудь, но вокруг не было ни души. «Это предупреждение», — противно прогнусавил внутренний голос, но я приказала ему заткнуться.