- Хммм… это плохо.
- И это неправда, Теро. Я в жизни не грабила сама, и моим конникам также запрещено делать это. Всё захваченное золото отправляется к королеве.
- Ни секунды не сомневался в этом, Ваше Высочество.
- Мы думаем, что шифровку, судя по всему, писал не Данос, — сообщила ему Бека.
- Если судить по почерку, то я склонен с вами согласиться, но лучше всё же удостовериться в этом.
Он положил шифровку на край кухонного стола и сжал между ладонями письмо, написанное Даносом. Перед его мысленным взором понеслись образы: вот коза, с которой сдирают шкуру, человек, выскабливающий и растягивающий кожу, ещё несколько человек, которые использовали до Даноса этот самый кусок пергамента. Из последнего он сделал заключение, что пергамент был не слишком-то тщательно очищен от предыдущего письма, и его строчки всё ещё проступали под строчками Даноса, написанными с хорошим нажимом. И, наконец, он увидел самого Даноса. Письмо было вполне себе невинным: обычные подробности осады, которая непременно заставит пасть этот город, приветы родственникам и друзьям, и Принцессе Элани.
Снова обратившись к шифровке, он использовал это же заклинание, давшее примерно такие же результаты, за исключением личности последнего писавшего, который не был похож на того, о ком ему рассказывали, но оказался юным солдатом, в котором Бека опознала Капрала Кайма.
- Похоже, мы подозревали не того человека, — сказала Миррини.
- Возможно, — ответила Клиа. — Если только Данос не в курсе того, что делает Кайм, — она запнулась и покачала головой:- Неужели народ и впрямь так уверен, что я — узурпатор?
Голос её был таким усталым, что не будь здесь посторонних, Теро отважился бы заключить её в свои объятья.
Словно прочитав его мысли, она сказала своим людям:
- Побудьте, пожалуйста, снаружи. Я скоро.
Когда они остались вдвоём, Клиа подошла к окну. Багровый отсвет костров в разбитом стекле заплясал на её строгом лице, придавая чертам сходство с маской.
- Тебе ведь не довелось стать дознавателем, верно?
- Боюсь, что так. Но я знаю заклинание, которое тоже может помочь нам. И лучше сделать это прямо здесь. И, если только возможно сделать это не слишком привлекая внимание, привести бы сюда Даноса и этого парнишку, Кайма, тогда было бы совсем хорошо.
Клиа вымученно улыбнулась:
- Уверена, что Миррини-умница обязательно что-нибудь придумает.
Клиа вышла отдать нужные приказы.
Теро, оставшийся возле окна, вскоре услышал возмущённый голос Миррини:
- Я не оставлю тебя здесь без вооружённой охраны! Одному Сакору известно, сколько ещё пленимарских головорезов рыскает по округе!
- Сомневаюсь, что кто-то из них способен справиться с Теро, — ответила Клиа, и маг почувствовал внутри лёгкий прилив приятного тепла.
Далее разговор пошёл вполголоса, но Теро сумел справиться с искушением воспользоваться магическим слухом, чтобы узнать, что же ещё они там говорили.
Впрочем, когда Клиа возвратилась, она улыбалась, хоть и не слишком весело:
- Миррини порой слишком уж перестраховывается.
Не давая себе времени на то, чтобы прочесть её мысли дальше, он сказал:
- Я рад, что она такая. Было так тяжко, зная, как ты далеко, и что ты постоянно подвергаешь себя опасности.
Улыбка Клиа стала чуть мягче:
- И ты туда же?
Сердце Теро заколотилось чуть быстрее, чем нужно.
Как всегда, все слова, что он хотел ей сказать, засели где-то глубоко в горле и никак не шли.
- Я переживаю, — наконец, сумел выдавить он. — Это… непросто. Когда я был твоим магом в Ауреннене, я отвечал за тебя.
Она слегка качнула головой:
- И это всё, чем я была для тебя?
- Нет-нет! Никогда.
И вот опять — все те слова, что ему было так необходимо ей высказать, застряли, до боли сжавшись под ложечкой!
Клиа подошла к нему, тронула ладонями его щёки. Её лицо наполовину скрывала тень.
- Так никогда и не произнесёшь этого, Теро?
Её слова и это прикосновение бросили его сначала в жар, потом в холод.
- Так ты знаешь?
- Я же не дурочка, — улыбнулась она. — И не слепая.
- У меня нет права.
Клиа уронила руки, но по-прежнему удерживала его взглядом, не позволяя отвести глаза:
- Что? Любить меня? Или признаться в этом?
- Ни на то, ни на другое, — прошептал он. — Ты — королевская особа. Я — маг Орески.
Уголки её красивых губ чуть вздёрнулись:
- Но не дававший обета безбрачия, насколько я слышала.
Теро прекрасно мог себе представить, от кого она могла слышать это. И как он мог ей теперь признаться, что с тех самых пор в Ауреннене, он практически соблюдает его?
- Ты же знаешь, что маги бесплодны. Я никогда не смогу дать тебе детей.
- Но ты ведь ни разу даже не спросил меня, хочу ли я детей. Честно говоря, Теро, мне всё равно, будут у меня дети или нет, и уж точно не желаю их сейчас. Так что с этой точки зрения я рассматриваю это даже как преимущество: не будет необходимости волноваться ещё и из-за этого. А так как я не являюсь престолонаследницей, то вряд ли это озаботит и кого-то другого.
Она запнулась.
Её дразнящая улыбка постепенно исчезла:
- Или дело в тебе? Быть может это ты не желаешь связывать себя узами с возлюбленной, которой суждено состариться и умереть?
- На всё воля Иллиора. Я в любом случае буду здесь и стану свидетелем этого, независимо от… чего-бы то ни было.
Наконец-то они дошли до самого главного.
- Сможешь ли ты сама вынести то, что я остаюсь молодым?
- Да уж, мне в этой сделке выпадает более завидный жребий.
- Я серьёзно.
- Я тоже! — Клиа вздохнула и отвернулась к окну. — Думаю, у Беки с Ниалом был подобный же разговор.
- Несомненно.
- Но ты же видишь, как они счастливы, даже здесь, на поле боя!
- Но будет ли этот огонь по-прежнему гореть в её глазах через двадцать лет? А через тридцать?
- Ты хочешь сказать в его глазах? — невесело отозвалась Клиа. — Когда он будет смотреть на дряхлую тирфейе с седыми волосами и изборожденным морщинами лицом? Неужели ты такого низкого мнения о Ниале? И уж не вообразил ли ты, что я поверю в то, что ты сам на такое способен? Или это действительно твои настоящие чувства?
- Нет! — ахнул Теро.
- Так докажи это.
Она была так близко, что он мог чувствовать запах крови и пота последней битвы, пропитавший её, равно как и свежего ветра и лошадей, с легкой примесью аромата листьев мелиссы, которым отдавало её дыхание. Всё это, а также вызов в этих синих глазах, открыто смотревших на него, были более одуряющим зельем, чем ароматы Переулка Цветов. Отбросив сдерживавшее его чувство долга, он схватил её в объятья и поцеловал со всей страстью, накопившейся за время лишений.
Губы её были слегка обветрены, но сладки, и они ответили ему не менее страстным поцелуем. Рука её зарылась в его волосы.
И они стояли так, тесно прижавшись друг к другу, охваченные невероятностью момента, и Теро, забрав её лицо в свои ладони, покрывал поцелуями её глаза, её нос, брови, подбородок….
Засмеявшись, она ответила ему долгим поцелуем, затем уткнулась лицом ему в шею:
- Так ты упрямо хочешь заставить меня признаться первой?
Теро вжался пылающей щекой к прохладному шёлку её волос.
И слова вдруг пришли сами:
- Я люблю тебя, Клиа, — хрипло выдохнул он. — Уже целую вечность.
Руки её сжали его сильнее.
- Хвала Светозарному! Я же тоже люблю тебя, глупый ты маг!
- Если бы только я мог остаться с тобою…
Клиа вздохнула:
- Чему быстрее всего учится солдат, так это ловить момент.
Схватив её руку, он прижал её к своему гулко колотящемуся сердцу:
- Оно твоё, Клиа! Оно твоё навсегда. Но сейчас твоя жизнь под угрозой, я же призван тебя защищать.
- Кем ты призван?
- Твоим братом. И самим собой.
Она взяла его ладонь и прижала к своему сердцу, чуть ниже украшенного золотой гравировкой ожерелья.