- Как думаешь, нас не схватят, как только мы объявимся? — занервничал Алек, когда они въехали на Улицу Серебряной Луны.
- Сомневаюсь.
Возле ворот, ведущих к королевскому дворцу, собралась разъяренная толпа простолюдинов, размахивавших над головами какими-то тряпками и прочей домашней утварью.
- Что тут такое творится? — поинтересовался Серегил у молодого дврянина, наблюдавшего за всем этим с безопасного расстояния на другом конце улицы.
- Карантин, милорд, — ответил тот. — Сонный мор уже косит народ направо и налево.
После разговора с Валериусом Принц Коратан издал официальный указ о введении карантина. Впрочем, не на всей территории Нижнего Города, а лишь в той его части, где были случаи заболевания. Все тупики этих улиц были теперь огорожены, а к подразделениям Городской Стражи добавились патрули из членов Столичной Гвардии, которые обходили дозором переулки и осматривали крыши домов на случай каких-либо беспорядков. Большинство из стихийных бунтов Коратану удалось утихомирить довольно быстро: он выслал туда тележки с едой и элем, в знак того, что вовсе не собирается решать проблему, моря народ голодом. Однако патрули и баррикады по-прежнему оставались на своих местах.
- Это что, он их кормит? — спросил Алек.
- Их — да, но не их семьи, которые по-прежнему страдают от нужды и лишений.
- Если бы там оказался кто-то из ваших, ты бы не оставил их гнить в этой чумной дыре! — кричала женщина на той стороне улицы, потрясая метлой в сторону Дворца. — Мало того, что сильные мира сего держат нас впроголодь. Так теперь и наших близких оставили на произвол судьбы, чтоб они подохли!
- Чума, ведь, не трогает богачей, верно? — крикнул кто-то позади неё.
Рев толпы нарастал. Кто-то умолял, чтобы им позволили забрать своих родных и близких, другие требовали муки и мяса.
Стражники с алебардами заставили толпу расступиться и пропустить их. Внутри дворцовых стен всё было спокойно, если не считать отдаленных криков толпы. Неподалеку от главного входа во дворец находилась целая когорта конных гвардейцев, вооруженных дубинками, и у кавалерийских казарм было заметное оживление.
- Похоже, дело серьёзно, — пробормотал Алек, когда они, оставив своих лошадей лакею, направились во дворец.
- Никогда прежде не видел ничего подобного.
Они миновали приёмную залу, и там их также никто не попытался ни остановить, ни задержать. Напротив, слуга проводил их в небольшую залу для аудиенций, столь же мрачную, как и весь внешний облик дворца. С этим местом они уже были хорошо знакомы. Помещение было длинным и при этом довольно узким, освещенным светом из ровного ряда мозаичных стрельчатых окон, расположенных прямо под сводчатым потолком. В дальнем конце стояло несколько рядов длинных дубовых скамей, обращенных лицом к огромному постаменту с троном. Позади него сейчас висел стяг крон-принца, обозначая, что Фории в столице нет, а всеми делами, пока та занята войной, заправляет Принц Коратан. Кроме них троих и слуги, оставленного у двери на часах, в зале никого не было.
- Ненавижу это место, — процедил Теро. — Обычно нас здесь ожидал не самый теплый приём. Мне было бы куда приятнее, если бы нас проводили в личные покои Коратана.
- Я и не собирался оказывать гостеприимство вероятным изменникам, — заявил стремительно появившийся принц, которого сопровождала женщина-маг.
Алек сразу узнал её: то была личная магиня Коратана — Имани, она же — его личный дознаватель.
Все трое тотчас припали перед королевским помостом на колено, прижав к груди сжатые кулаки.
- Вижу, Вы откликнулись на мой призыв явиться, — сказал Принц, усаживаясь в резное кресло по правую руку от трона.
- Это я привёл их, — сказал Теро.
- Даже не стану спрашивать, откуда вы снова узнали всё раньше меня, — выдохнул Коратан. — Полагаю вы двое явились, чтобы объясниться?
- Да, Ваше высочество, — ответил Серегил, ввиду обстоятельств, а также перед лицом магини, сохранявший официальный тон. — Нам стало известно про письмо и его довольно сомнительное содержание.
- Вот как? И каким же это образом?
- Я видел его этой ночью, — сообщил Алек.
Коратан вскинул бровь, ожидая объяснений:
- Зачем же Ланеусу, который считал вас друзьями, писать подобное?
- Вероятно из тех же самых побуждений, по которым он пытался нас убить, — отозвался Серегил.
- Дважды, — добавил Алек.
- Вы в этом уверены?
Серегил кивнул.
- И вы по-прежнему убеждены, что Клиа тут ни при чём? Что она никоим образом не оказывает поддержку?
- Более, чем когда-либо, — ответил Теро.
- Никто лучше нас не понимает всю щекотливость ситуации, Ваше Высочество, — сказал Серегил. — Письмо Ланеуса адресовано некоему «Высочеству». Это может оказаться не только Клиа, но и Принцесса Аралейн, и даже Вы лично. Мы долее не можем требовать от Вас хранить наши секреты в тайне от королевы. Однако клянусь жизнью моей и Алека, что мы действовали исключительно в интересах Скалы.
- Это правда лишь отчасти, Ваше Высочество, — заявила Имани.
Коратан смерил Серегила спокойным взглядом, ожидая продолжения.
- А также из желания спасти Клиа.
Это была правда, и магиня подтвердила это, кивнув.
- Очень хорошо. Так какую ещё информацию вам удалось раздобыть вашими загадочными путями?
- Полагаю, что нападение на меня этой ночью было совершено людьми Сарьена, — Серегил достал бронзовый медальон и передал его принцу.
- Да, такие носят его солдаты, — Коратан невесело уставился на вещицу. — Однако солдаты порой отдают их детишкам или кому-то из близких. Так что он, в общем-то, мог принадлежать кому угодно.
- Вполне вероятное объяснение, — допустил Серегил. — Либо, он был у кого-то, кому было нужно навлечь подозрения на Сарьена, хотя вряд ли они могли предугадать, что мне удастся сорвать его с шеи того парня.
- Так что же, по-вашему, я теперь должен сделать?
- Дать нам ещё немного времени на то, чтобы раздобыть доказательства невиновности Клиа.
- Ну а письмо, в котором упоминается о тебе?
- Предположим, тут закралась какая-то ошибка. Ты бы мог сказать, например, что этот человек имел на меня зуб. Тем более, что это не такая уж неправда.
Коратан переглянулся с магиней и та кивнула ему.
- Так это вы приложили руку к смерти Ланеуса?
- Нет.
Магиня опять кивнула.
Коратан немного поразмыслил, потом сказал:
- У меня больше нет времени придумывать всякие уловки. Вам следует работать ещё быстрее.
Серегил и его друзья отвесили поклоны, снова прижав кулаки к груди.
-Да, несомненно.
Глава 30
Неожиданный Поворот Судьбы-злодейки
ВНЕЗАПНАЯ кончина Ланеуса, отправившегося следом за госпожой Килит, наделала много переполоху среди знати; ну а когда пару дней спустя к ним присоединился и Граф Толин, некоторые зароптали о том, что и среди дворян ходит какое-то загадочное поветрие. Ну а что, разве среди бедняков не свирепствует какая-то чума? Или, быть может, — перешептывались другие — действует убийца? Во всех трёх случаях дризийцы констатировали полное отсутствие каких-либо ран или следов яда, но что, если всё дело в магии?
К слову сказать, ни Теро, ни Валериус так и не смогли определить, что именно убило Толина и Ланеуса: создавалось впечатление, что у обоих просто в один прекрасный момент перестало биться сердце. Тем не менее, нельзя было упускать из виду и то, что оба они были членами тайных групп заговорщиков, одна из которых с большой долей вероятности имела в своём распоряжении ту самую Кровь Гадюки.
Жара не спадала, так что пока Алек с Серегилом, нанося свои визиты принцессе, вели наблюдения над группкой примеченных ими заговорщиков, обитатели трущоб Нижнего Города продолжали болеть и умирать.
В одну из таких ночей, проведенных у Рельтеуса, Алек вместе с Серегилом возвращался верхом на Улицу Колеса, мечтая лишь о стаканчике холодной воды и мягкой постели. Даже в столь поздний час воздух оставался душным и насыщенным влагой, обещая разразиться скорым ненастьем. Поведя взмокшими плечами под слишком тяжелым для такой погоды льняным камзолом, Алек добавил к своим мечтам освежающую ванну, с участием Серегила. И всё-таки, несмотря на всю усталость, бдительности он не терял, опасаясь наёмных убийц, хотя со времени внезапной смерти Ланеуса новых нападений на них больше не было.