На выходе из кабинета, Виктория остановилась, вспомнив о своей идее.
— Раз у вас такой продвинутый кордон, может и библиотека есть?
Как таковой библиотеки не было, но на втором этаже в комнате для отдыха, как объяснил Артем, стоит книжный шкаф. Сославшись на бессонницу, Виктория спросила можно ли ей пройти в эту комнату и взять что-нибудь почитать.
Возражения со стороны Артема не прозвучали, но он напомнил о разговоре с Михаилом-Гюнтером.
— Сообщите, о чем договоритесь, чтобы я знал, что писать в рапорте.
— Пойдем, Виктория Анатольевна, провожу тебя, а то вдруг передумаешь. — Андрей подвел ее к двери в палату и перекрыл собой вход, — Вот, положи в карман, — протянул он продолговатый предмет, напоминающий флэш накопитель, — после разговора вернешь.
«Диктофон? Как же без него!»
Натали, услышав их разговор, открыла дверь.
— Что-то случилось?
Успокоив ее, Виктория попросила разрешения войти.
— Если, конечно, Михаил Апанасович не спит.
— Не спит, проходи, раз понадобилось.
Плотно закрыв дверь, Виктория, поцеловав в щеку Натали, прошла к постели и села на стул, стоящий рядом.
— Добрый вечер... простите, не знаю, как к вам лучше обращаться.
— Spielt keine Rolle. Guten Abend, Frau Victoria. Was hat dich zu mir geführt?
— Михаил говорит, что не имеет значение, как к нему обращаться и спрашивает что заставило тебя придти так поздно.
— Спасибо, бабушка за перевод, но мне хотелось бы услышать ответы на на русском языке. Иначе мой визит затянется надолго.
С этими словами Виктория достала из кармана диктофон и повертела в воздухе. Натали понимающе кивнула головой.
— Хорошо, — улыбнулся Михаил-Гюнтер, когда она приложила палец к своим губам, изображая запрет. — буду отвечать на родном русском. Спрашивайте.
— Сначала я вас поругаю. Почему вы не сказали о джипиэс устройстве? Вы же иностранный гражданин а находитесь сейчас на стратегическом объекте.
Ваша жена подняла всех на ноги и Артему грозит неприятность. Скорее всего, за вами пришлют вертолет и это может произойти завтра. Оценят состояние вашего здоровья и, я думаю, сочтут его вполне удовлетворительным. Заберут, и никакой встречи с фрау Заболотской не будет, потому что она вообще неизвестно куда уехала. В отличие от вас у нее нет чипа.
Михаил-Гюнтер поднял левую рук, показывая место между большим и указательным пальцем.
— Это задумка Улрики. Улрика беспокоилась за меня. Она говорила, что я еду в дикое место и нужно подстраховаться.
Виктория не стала отвлекаться и объяснять ему, что именно в диком месте от чипа-передатчика не было бы ровным счетом никакой пользы. У нее была иная цель: узнать, как бабка Олеся должна была опознать сына дядьки Апанаса. Причем, внешнее сходство здесь нельзя было принимать в расчет. В серьезном деле прибегают к серьезным доводам – могли и пластическую операцию сделать.
— Завтра утром мы собираемся искать документы, но, боюсь, нужного среди них не будет. — Виктория давно приметила на тумбочке стопку салфеток и шариковую ручку. Переставив стул ближе к тумбочке, она написала на салфетке: «Я знаю, как найти Олесю З.». Вслух же она добавила: — Ваша затея окажется напрасной.
— Жаль, очень жаль... — Михаил Гюнтер прочитал написанное, забрал у нее ручку и написал ответ.— И еще мне жаль, — продолжил он, — что я так и не встретился с Тонечкой. Хотел посмотреть как она живет, полистать старые альбомы...
— Насчет альбомов – помочь не могу, а ваша Тонечка в настоящий момент находится в этом доме и, полагаю, еще не спит.
Виктория знала, что все сказанное запишется на диктофон и Андрей будет недоволен такому вмешательству в его игру. Но не могла упустить возможность устроить встречу дяди с родной племянницей.
Теперь ручка и салфетка понадобилась Натали.
«Они встречались». Прочитав, Виктория одобрительно кивнула головой и разорвала салфетку, как и предыдущую, на мелкие кусочки.
— В доме? — подыгрывая, делано удивился Михаил-Гюнтер, — Что тогда не приходит навестить меня?
— Ждет пока врач разрешит.
«Что я несу? Нельзя волноваться? Врач разрешит? Здесь бы старик должен спросить, как оказалась его племянница на стратегическом объекте, а он возмущается, что она его не навестила! Андрей сразу сообразит, что мы в сговоре. Ну и пусть соображает. Это его проблемы. Что мне было нужно – я узнала.
— Наташа, дорогая, ты можешь поговорить с Эммой Леонтьевной? Попроси, чтобы она разрешила моей племяннице навестить меня!