«Что ж, нужно пройти дальше, может найдется инструмент какой-нибудь». Инструмент она не нашла. Зато, пройдя вдоль стены дальше, обнаружила стол, а на столе парафиновую свечу. К ее восторгу, спички лежали рядом в алюминиевой миске. У нее даже не возникло сомнений по поводу зажигать свечу или не зажигать. Пламя свечи осветило пространство и Виктория села на табурет, радуясь, что наконец-то можно отдохнуть и спокойно подумать: что бы это значило. Достав банку с монпансье, отправила сразу несколько леденцов в рот и запила водой.
Что вообще могла означать это землянка? Конечно же, это была землянка. Теперь можно было разглядеть обшитый досками потолок, и отверстие в нем. Скорее всего отверстие служило для выхода дыма. Так решила она, увидев в другом углу печку-буржуйку, железная труба от которой лежала рядом. «Если бы я стала обходить землянку против часовой стрелки, я бы точно споткнулась. А потом налетела бы на эти... Как точнее назвать, нары, что ли? — Виктория дотронулась до тюфяка, примяла его, — внутри, похоже, сухая трава. И одеяло есть, солдатское — суконное с полосой. Можно и отсидеться и отлежаться, при случае. Под столом что-то ящик. Уж не продукты ли?»
Приблизив свечу к ящику, она охнула, увидев ту самую сумку, которую они с Андреем искали! Торопливо расстегнув молнию, окинула взглядом содержимое. «Газеты! Как я их сложила, так они и лежат! Кто сюда затащил сумку? Кроме Вилли никого поблизости не было, не считая бабку Олесю, конечно. Кто затащил, сейчас это не так важно. Важно то, что дверь открывали не так уж и давно. Главное, чтобы она не была заперта с другой стороны. Значит, нужно попробовать открыть дверь, выйти наверх и найти Андрея. Может, сначала документы посмотреть? Нет, время терять не стоит. Тем более, что самый важный документ должна передать бабка Олеся и то после того, как я назову пароль».
С зажженной свечой Виктория подошла к двери и внимательно осмотрела ее. Замочной скважины не было. Не было ничего металлического: ни гвоздей, ни петель, на которых обычно крепятся двери. Вместо них — широкие солдатские ремни, затянутые пряжками. Приблизительно посредине двери за доску была привязана веревочная петля. Опустила свечу ниже. «Елки, вот я недотепа! Дверь-то вовнутрь открывается! Вот же след на полу!»
Она потянула на себя импровизированную ручку, и дверь поддалась. «Нужно расчистить проем. Чем бы это сделать? Ага, вот эта мисочка вполне подойдет!» Убрав осыпавшуюся землю, она снова попробовала открыть дверь. «Ура, свет! У меня получилось!»
В образовавшуюся щель вместе с дневным светом хлынул поток воздуха, загасив свечу. Виктория вернулась к столу, вставила свечу в граненый стакан — там где она и была ранее. Хотела взять сумку, но передумала.«Нужно найти Андрея и показать ему эту землянку. А то подумает, что я нарочно спряталась.
Открывая дверь, Виктория, боясь быть ослепленной солнечными лучами, прикрыла ладонью глаза. Но, убрав ладонь, поняла, что перестраховалась: солнечных лучей не было и в помине. «Не поняла? Я что так долго просидела в землянке?»
Нет, темноты, как таковой, не было, но вокруг все было серым: небо, деревья, трава. Хотя нет, серым было не все. Над тропинкой, по которой она пошла, стелился желтоватый густой туман. Взглянув на свои ноги, Виктория не увидела их. «Так можно наступить на что-нибудь и пораниться! Остановись!» — подсказал ей здравый смысл, но, видимо, слишком тихо. Она шла вперед, надеясь выйти на лужайку, где этого тумана не было.
— Вернись обратно! — явственно услышала она чей-то голос, прозвучавший глухо, как будто ее уши были забиты ватой.
— Хорошо, я вернусь, — крикнула Виктория в ответ, и не услышала звука собственного голоса.
«Его поглотил туман. И если я пойду дальше, то растворюсь в этом чертовом тумане! Чертовом! Я же на чертовом болоте! Зачем я здесь? Я должна что-то найти, — шевельнулась мысль, — нужно искать...»