До графа не сразу дошло то, что ему Сказал капитан стражи. Он нахмурился, провел рукой по голове, лицу и только потом с усталой усмешкой сказал:
- Я понял, это очередная попытка Грегори выманить у меня деньги на игры и продажных девок. И сколько он вам обещал?
- Боюсь, вы неправильно меня поняли. Никакого розыгрыша. Мы действительно предполагаем, что это ваш младший сын.
- Что за глупость, он не мог умереть. Я же столько… я же так… Не верю… Нет! - граф побледнел и схватился за сердце, стал задыхаться.
- Лекарь! – Закричал стражник. Лекарь Брок Смит залетел в комнату и тут же бросился к мэру. Провел соответствующие процедуры и привел его в чувство.
«Как же хорошо, что я прихватил с собой Брока» - подумал Филип де Гран.
Слуги помогли перенести графа в его спальню.
- Капитан, - позвал граф – подождите. Я сейчас соберусь и приду.
- Даже не думайте. Сегодня вы лежите в постели. Строго произнес Брок Смит.
Граф напрягся, но поняв, что лекарь прав и от своего не отступиться, сдался.
- На опознание пойдет мой сын Эван.
- Как скажете, ваше Сиятельство. До свидания.
- Моритер, прикажите найти лорда Эвана. Пусть немедленно приезжает домой. – задыхающимся голосом приказал граф Калин.
- Слушаюсь, ваше Сиятельство.
Новый Ваор
набережная реки Ваор.
Это место славилось тем, что с самого начало его постройки оно стало излюбленным местом посещения для людей разных сословий, так как здесь можно было найти развлечения на любой кошелек: будь то ресторанчики для людей разного достатка, карусели, тиры, шатры гадалок и многое другое.
К тому же по приказу мэра, на набережной очень строго следили за порядком стражники. Так что оно считалось одним из самых безопасных мест в городе.
В одном из таких ресторанов, рассчитанных на богатую публику, одиноко сидел Антуан де Монраси – высокий статный брюнет с правильными чертами лица, с хорошим телосложением и постоянным выражением надменности на лице.
Передним на столе находились ростбиф - по кларентийски сочный средней прожарки, издававший непередаваемый аромат кларентийских же трав, а на гарнир запеченные овощи и бокал красного вина тридцатилетней выдержки.
Только вот Антуан был странно задумчив. Он пытался проанализировать события последних дней.
Когда он согласился похитить Айрис де Корп, для него это было игрой. Никто не хотел причинять ей реального вреда, думали просто попугать. Они даже выпили немного для храбрости. Но Грегори смешал все карты, убил сопровождающих девушки, бил ее, привез в тот дом и посадил ее на цепь. У Антуана перед глазами будто пелена была. Он до сих пор не мог понять, почему он выполнял все приказы Грегори.
И только на следующий день, когда он сделал этот прокляты порез на теле Айрис, он будто прозрел. Он увидел ее глаза полные боли, как она пытается побороть свой страх, а когда этот выродок, Грегори бьет ее и она начинает плакать и умоляет ее не трогать…
Он схватил младшего де Брас Ораго и увел его подальше. Они даже подрались из – за нее. Антуан требовал отпустить ее. Грегори послал его за экипажем. А когда де Монраси повернулся к нему спиной, тот ударил его по голове и отвез к нему в особняк, заперев его в спальне. Выбравшись наутро из комнаты, он направился в тот дом, но никого там не застал.
глава 10
Глава 10
Убийство Грегори де Брас Ораго повлекло за собой целый ряд событий, который всколыхнули Ваор.
Организм графа и мэра Ваора оказался слишком изношен, шалило сердце. Даже помощь мага – лекаря не сильно ему помогала. Калин был вынужден лежать, но это не мешало ему раздавать распоряжения и, с помощью доверенных лиц и старшего сына, проверять их исполнение. Конкретно Эван де Брас Ораго занимался организацией похорон брата.
Эван испытывал крайне сложные чувства: с одной стороны, брат ему был по настоящему дорог, а с другой – действия Грегори последних лет выстраивали стену отчуждения между некогда близкими людьми. И Эван сам себе боялся признаться, что испытывает облегчение от его смерти.
А вот граф Калин вознамерился избавить город от всякого отребья и «лихих» людей (разбойников).
По его приказу у него в гостиной собрались все руководители городской стражи, полицмейстеры. Сама комната была в шоколадно – бежевых тонах: стены отделаны светло- бежевыми обоями с выбитыми золотыми рисунками; а пол- паркетом благородного коричневого цвета. Мебель в основном бежевых оттенков. Сам мэр полусидя расположился на широкой софе, прикрыв пледом ноги.