Когда я наконец остаюсь одна, то тут же вытаскиваю свое тельце из кровати и ковыляю к зеркалу. Штуковина на моей шее больше ничего не выделяет, однако кажется, она только растет. Это пугает. Может и правда стоило обратиться к врачу?
Я перебираюсь в гостиную и провожу большую часть дня перед телевизором. Нахожу в интернете фильмы о Человеке-пауке в надежде провести параллель между нами и понять, что со мной происходит. Но ничего общего кроме выделяющейся субстанции из моей шеи я не нахожу.
Скоро должен прийти Пашка, поэтому я возвращаюсь в спальню. Нахожу старый шарф и бросаю его рядом на стул. Надеюсь, этот переросток с мозгом червя поведется на то, что у меня болит горло. Когда в прихожей хлопает дверь, я уже сижу на кровати с ноутом и пытаюсь сосредоточиться на поиске «выделение паутины из человека».
- Ничего хорошего, - ругаюсь я, когда Яндекс в очередной раз выдает мне видео с канала +100500, где парень с тоннелями в ушах обсмеивает ролик в интернете с обдолбанным идиотом в костюме Человека-паука.
Кто-то стучит в мою дверь, и я быстро захлопываю крышку ноутбука, прячась по самый подбородок под одеяло.
- Чего тебе? – ору я, недоумевая, почему вообще Пашка решил постучаться. Обычно его даже не останавливает мой крик «Я голая!»
- Привет, - в дверной проем протискивается голова Виталика. – Не помешаю?
- Н-нет, - от удивления и неожиданности я заикаюсь. Поправляю свои тортилловские очки, мечтая их и вовсе снять.
Он проходит в спальню и тут же направляется к террариуму с гекконом. В руке у него зажата какая-то коробка, которую он оставляет рядом на столе.
- Я принес сверчков, - немного смущенно произносит он, показывая на коробку.
- О… хм… спасибо, - я до сих пор не могу понять, почему друг моего брата разговаривает со мной. И кстати, где он сам?
Как только я об этом думаю, Пашка появляется на пороге. Он недовольно хмурится, смотря на мое раскрасневшееся от жары лицо. Все-таки притворятся болеющей под толстым одеялом то еще удовольствие.
- У тебя что, до сих пор температура? – он выглядит ужасно недовольным, пока шагает ко мне. – Мама сказала, чтобы я присмотрел за тобой, пока она не вернется с работы. Такое чувство, что я старший в семье, а не ты, - он протягивает руку, чтобы потрогать мой лоб, пока я закатываю глаза, но тут замечает Виталика. – Ты отдал ей еду для Уродца?
Виталик повторяет свой кивок, показывая на все еще живой обед для Кошмарика.
- Да, - затем неожиданно выдает: - Хочешь, я помогу тебе покормить их?
Пашка начинает тут же фыркает:
- О, нет, это ужасно. Я ни за что на свете не буду кормить Уродца.
- А мне показалось это прикольным, - не соглашается с другом парень, а затем обращается ко мне: - Ну, что? Доверишь мне покормить своего питомца?
Я пожимаю плечами, даже не зная, что ответить. Честно говоря, мне безумно хочется вылезти из-под одеяла, но я не надела шарф и боюсь, что парни могут заметить ужасную шишку у меня на шее.
- Ладно, - решает за нас Пашка, направляясь к выходу. – Помоги этой немощи покормить ее Уродца, а я пока посмотрю в холодильнике, что и нам можно пожевать.
Пашка выходит, оставляя меня наедине с Виталиком. Тот неловко и как-то смущенно улыбается мне, а затем подхватывает контейнер с гекконом и коробку с едой для него и направляется к кровати.
Черт. И как мне теперь выбраться отсюда?
- Знаешь, мне нужно в туалет, - что? Господи, что я несу?
- Хм, хорошо. Я не буду начинать, пока ты не вернешься.
- Вообще-то, это… Я… мне нужно одеться, чтобы… ммм
- Ох, прости, - Виталик быстро опускает голову, как будто я уже стою перед ним голая, и утаскивает обратно геккона. – Пойду пока к Пашке.
Как только дверь закрывается, я не могу сдержать смешка и с громких «фрр» откидываю одеяло. Жааарко. Хватаю свой спасительный шарф и наматываю его на шею. Ребята разговаривают на кухне, пока гудящая микроволновка разогревает их обед. Я проскальзываю мимо в ванную, решив для поддержания легенды все-таки пописать.
На обратном пути меня останавливает звук дверного звонка. Вчерашняя слабость на самом деле отступила, и я решаюсь сама проверить, кого к нам принесло. Моя рука так и застывает на дверной ручке, пока я пытаюсь понять, опять ли у меня глюки или Амир реально стоит сейчас на пороге моего дома. Он просто стоит и смотрит на меня, слегка кривя рот в саркастической ухмылке.