Ну а я тем, что у меня теперь есть грудь.
Глава 14.
Утром, собираясь в школу, я решаю прихорошиться. Поэтому надеваю одну из новых блузок, которые мы с мамой и тетей Лизой купили вчера для школы. Она светло-бирюзового цвета и не особо отличается от моих старой одежды, но сидит лучше, подчёркивая новообретенную грудь и талию. На кухне гремит чашками Пашка, так что я направляюсь туда за своей едой. С той странной ночи, когда я ночевала на крыше какого-то гаража, у меня проснулся нехилый аппетит. Теперь я ем всегда, постоянно имея в своем рюкзаке шоколадку, сухарики, орешки и бог знает что еще.
- Я не буду делать тебе бутерброд, - бухтит Пашка, не отвлекаясь от нарезки колбасы. - Но я так и быть не буду обратно все убирать в холодильник. Можешь воспользоваться даже моей доской и ножом.
- О, спасибо, засранец. Это так благородно с твоей стороны, - подхожу со спины и отбираю у него остатки колбасы, пока он и ее не искромсал на свой бутерброд. - Давай сюда нож.
Я протягиваю руку, чтобы забрать его. Пашка запихивает нехилый такой бутер в рот, одновременно с этим поворачиваясь и протягивая мне нож второй рукой. Я не успеваю его взять, когда он выпадает из рук брата и летит вниз. Как в замедленной съёмке я слежу за падением и просчитываю траекторию движения. Прежде чем я успеваю подумать, мои руки хватаются за рукоятку ножа, не дав ему долететь до ступни Пашки буквально сантиметров десять. Быстро выпрямляюсь.
- Мать твою, - ругается брат, когда осознает произошедшее. - Как ты это сделала?
- Лучше ответь мне, какого фига ты кидаешь ножи прямо в свои чертовы пальцы! - я зла на него. За то, что выронил нож. За то, что видел, как я опять смутировала. Я зла на него за то, что из-за него моя мутация проявилась уже во второй раз!
- Блин, а какого фига ты так оделась?! Откуда у тебя эта кофта? - Пашка морщится, как будто увидел что-то противное. – Черт, Крис, почему я вижу твои сиськи?!
Я сжимаюсь, готовясь бежать обратно в комнату переодеться в свои старые вещи. Но правда в том, что я не хочу обратно в них влезать. Мне нравятся мои новые вещи и мое преображение. Я так долго об этом мечтала и вот от моей мутации есть хоть какой-то прок. Так что я вздергиваю подбородок и отвечаю своему съехавшему братцу:
- Эту кофту мне выбрала мама с тетей Лизой. Так что все претензии по фасону и стилю к ним. И кстати, с ней все нормально. Она не открывает ни миллиметра кожи на моей груди. Просто обтягивает. А если кому не нравится, тот может не смотреть.
Но брат как будто не слышит меня, продолжая таращиться.
- А что с твоими волосами? Где эта штука? – он неопределенно крутит рукой над головой, видимо пытаясь так показать мою обычную прическу. – Тебе шла эта штуку. Почему ты постриглась и распустила волосы? В таком виде тебя даже в школу не пустят.
- Что? - я просто задыхаюсь от возмущения, не в силах произнести хоть что-то более вразумительное. – Ты вообще сам себя слышишь?
- А ты на себя в зеркало смотрела? – брат забывает о бутерброде, откладывая его в сторону. – Ты выглядишь как… - он еще раз с нескрываемым презрением окидывает меня взглядом и выдает: - Как шлюха.
Удар ниже пояса. Мне не верится, что я услышала такие некрасивые слова от своего брата. Вчера, когда мама с ее подругой расхваливали мою новую одежду, я решила, что она действительно хороша. Но сегодня вся моя уверенность исчезла.
- Ну, спасибо, козлина, - это все, что я могу сказать, прежде чем вылететь из кухни.
Ну, еще я немного использовала свои новые возможности тела и все-таки сперла бутер у своего гаденыша-братца прямо из-под носа. Обида обидой, но есть хочется до бешеных енотов.
Переодеваться не вариант, так как времени нет. Так что я отыскиваю мамин старый толстый вязаный кардиган до середины бедра и накидываю его поверх своей новой одежды. Так я смогу прикрыть и грудь, и попу. Надеюсь, что вид старушки лучше, чем вид шлюшки, как меня назвал брат. Волосы завязываю в привычный пучок. Быстро заглатываю честно стыренный бутерброд, стараясь не обращать внимания на мой протестующий желудок – ему явно мало.
Не прощаясь с братом, прохожу молча мимо него к выходу. Он сидит на диване перед телевизором.
- Эй, Крис, подожди, - окликает он, но это лишь меня подстегивает идти быстрее. – Крис, подожди, дай мне сказать.