- О чем ты? – дерзко спрашивает «любитель классных утех». Однако мое мутированное тело (или просто мой больной мозг, я еще не определилась) уже перешло в какой-то режим сканирования, и мне удалось прочувствовать сосущее чувство страха и стыда, которые переплетены так тесно, что мне на мгновение становиться тяжело дышать.
- Вы оба прекрасно знаете о чем я.
Подавшись какому-то необъяснимому порыву, я гляжу на Амира, пытаясь вновь почувствовать его эмоции. Но ничего кроме пустоты не ощущаю. Вместо этого разрывающее раздражения, отчаяния практически сбивают меня с ног, отдаваясь сразу во всем телом покалыванием, жжением, бульканьем. До меня даже не сразу доходят, что это все принадлежит до сих пор неизвестной мне девушке.
- Знаем? – она смеется, но ее смех не кажется счастливым. – Я ничего не знаю, понятно? И какое тебе вообще дело до него? Ты же ему нос сломал, не так ли? Что, хотел добраться до его уродины-сестренки, а он тебе не дал?
Я узнаю этот голос. И мне становится понятна картина происходящего здесь. Только вот от этого тошнить начинает сильнее.
– Конечно, не дал. Он ведь ее оберегает от всего на свете. Словно дракон чахнет над своим златом. Но кому нужно это страшилище? Господи! – она срывается на визг, и я слышу, как ее спутник пытается ее успокоить. – Вы не понимаете, как я ее ненавижу!
В этих словах и исходящих от нее эмоций столько искренности. Они бьют и режут меня одновременно. В них столько мощи, которая обрушивается на меня лавиной, что я не могу больше этого выносить. Я закрываюсь как ракушка. Просто захлопываюсь от всех эмоций – от чужих, от своих.
Как приятно ничего не чувствовать. С облегчением выдыхаю.
Раздается всхлип, затем быстрые шаги, и парочка покидает класс. Я не знаю, что мне дальше делать – Амир еще здесь - поэтому просто остаюсь в своем укрытии.
- Крис, вылезай.
Мне следовало бы испугаться. Убежать. Затаиться. Но сейчас я не чувствую ничего: ни страха, ни стыда, ни злости. Прекрасное состояние, оно мне нравится. Наверное, так себя чувствуют буддисты в состоянии нирваны.
- Ты меня преследуешь? – спрашиваю я, делая шаг из-за стеллажа и поправляя свой серый громоздкий кардиган.
Амир смотрит на меня изучающе, пристально, пугающе. Черт, и что не так с ним?
- Так ты хотел поговорить? – мне становится неуютно под этим цепким взглядом, и я готова говорить уже о чем угодно, только бы он перестал пялиться. – У тебя есть шанс прямо сейчас.
Он с подозрением прищуривается:
- Ты меня совсем не боишься. Хотя буквально минуту назад дрожала от страха, спрятавшись в норе, как мышь, - он делает несколько стремительных шагов ко мне и останавливается прямо напротив. Его суть давит на меня, пытаясь раздавить мою собственную. Я остаюсь на месте, стараясь не обращать внимание на его злой взгляд. Как же это хорошо - не бояться. А точнее, не чувствовать ничего.
Амир хватает меня за плечи и притягивает еще ближе. Теперь его губы находятся прямо напротив моих, и я ахаю от неожиданности. Наши дыхания смешиваются, и это почему-то кажется намного интимнее чем все то, что я слышала до этого в этот самом кабинете. Пока я пытаюсь справиться с гормонами, которые так некстати решили пробудиться в моем теле, он наклоняется еще ближе, шепча мне на ухо: - Ты научилась закрываться, Крис?
Эти слова рассеивают густой туман в моей голове, и я в ужасе отталкиваю его. Мысли порхают, пока Амир с ленцой изучает меня, отойдя назад и облокотившись о ближайший стол со скрещенными на груди руками.
Он знает. Господи, что он знает? Что я мутант? Что я схожу с ума?
Что иногда мне кажется, как будто я ощущаю на себе чувства других?
Я не понимаю тебя, - эмоции, которые готовы были вырваться из-под моего контроля, вновь спрятаны.
- Судя по твоим действиям, ты прекрасно понимаешь, - он вновь ухмыляется и я не могу оторвать своего взгляда от губ, которые еще несколько секунд назад были так близко от моих. – Расскажешь? Или мне придется получить ответы на свои вопросы самому?
Я не знаю, что должна говорить, поэтому просто делаю шаг в сторону и произношу: