- А теперь, котенок, мы поговорим. Я задам тебе несколько вопросов, а ты честно должна на них ответить. - он вновь улыбается, но теперь от его улыбки мне становится не по себе. Я только нахожу в себе силы просто кивнуть. – Хорошо, - продолжает Тим. - Ты знала, что у тебя самый уникальный цвет глаз, который я когда-либо встречал?
Что? Он серьезно напугал меня до полусмерти, чтобы поговорить о моем цвете глаз?
Парень продолжает болтать, все так же не давая мне пошевелиться:
- А еще я только что чувствовал такую силу, которую ни одному нашему даже не мечталось иметь. Но ты не можешь быть тем, кого я ищу. Этот должен быть другим. Точно не девушкой-ребенком, - вновь не ожидая от меня какого-то ответа, Тим продолжает рассматривать меня, как любопытную зверушку. Я успеваю уже немного прийти в себя и попытаться вырваться, когда он наконец отпускает меня. Он продолжает изучать меня, когда произносит: - Впрочем, мне не хочется ошибиться. Тем более это легко проверить. Здесь главное - мотив. Найти твои слабые места не составит большого труда.
С этими словами он вытягивает руку с моим телефоном. Как так получилось, что я даже не заметила, как он у меня его забрал?
- Отдай, - прошу я, но меня еле слышно. Поэтому повторяю более твердо: - Отдай, пожалуйста.
Парень не обращает на меня внимания и снимает блокировку с телефона. Я не понимаю, как у него это получилось, потому что он у меня был запаролен. Всего секунду я размышляю над тем, оставить ли этому сумасшедшему свой телефон и сбежать или все же дождаться, когда он мне его отдаст сам. Все-таки в нем вся моя жизнь.
- Куда, - он легко и даже смеясь, перехватывает меня одной рукой, прижимая к себе, пока второй продолжает что-то искать в смартфоне. Я пытаюсь отбиться, но его хватка такая крепкая, что у меня ничего не получается.
Черт, и где опять мои супер-способности, когда они так нужны? Я уже собираюсь кричать, но на миг перестав брыкаться, замечаю, что парень что-то ищет в моем журнале вызовов, затем быстро переходит в сообщения, и почти сразу в галерею. Почему-то мне становится не по себе, когда я вижу, что именно привлекло его внимание - моя совместная фотография с братом. На ней Пашка обнимает меня и даже не кривится. Это было на прошлый Новый год, когда мама попросила сделать для нее "хоть одну нормальную фотку ". Это моя любимая совместная фотография с братом. И как это ни странно, но именно в этот самый момент на экране возникает надпись о входящем звонке от Пашки.
- Кажется, я нашел, что искал, - ухмыляясь, сообщает мой новый знакомый маньяк. Ещё даже не осознавая, что именно происходит, мне становится по-настоящему страшно, и я начинаю бессвязно бормотать:
- Нет, нет, нет.
Парень удивлено смотрит на меня, наконец оторвавшись от телефона. Его лицо слишком близко, и я могу рассмотреть его глаза. Они черные. Полностью. Нет белка.
Я вскрикиваю и пытаюсь отпрыгнуть. На этот раз Тим не пытается удержать меня около себя, и я падаю на землю. Опять. Отползаю, когда парень делает шаг ко мне и наклоняется.
- Ты жалкая, - черт, где-то я это уже слышала. Хоть придумали бы другое какое-то определение. Он продолжает смотреть на меня своими нечеловеческими глазами, как будто пытается что-то во мне рассмотреть. - Да и столько эмоций – отчаяние, страх, злость. Ты скорее похожа на нас, чем на них. Я мог бы не заморачиваться и на всякий случай просто избавиться от тебя сейчас. Но тогда в случае успеха я не смогу им доказать, что уничтожил того, кого нужно. И.… ты смешная, котенок. Жалко такую зверушку симпатичную зря убивать. Поэтому придется проверить, - он протягивает руку, отчего я дергаюсь в сторону. Это вызывает улыбку на лице парня, но он все же дотягивается до моего лица и еле ощутимо проводит по щеке: - И для твоего же блага, котенок, надеюсь, ты не пройдешь это испытание.
С этими словами он встаёт и уходит.
Глава 16.
В школу я решаю не возвращаться. Такими темпами меня скоро выгонят за прогулы. Зайдя в квартиру, стараюсь не шуметь, но уже из прихожей слышу задорную «Любимку» мамы. Кое-как стряхиваю с себя ботинки и несусь в спальню. Мама спит после ночной смены, закутавшись в кокон из одеяла. Сейчас последнее что мне надо — это чтобы ее разбудил разъяренный директор своим тупым звонков.