- Что это? - спрашиваю я, показывая на иглу. Голос сорван, и каждое слово пробивается наружу с трудом.
- Это? - он поднимает на меня свой задумчивый взгляд, а затем прячет иглу в портфель. — Это успокоительное. Думал, может понадобится. Но, кажется, милочка, вы в состоянии обойтись и без него.
Я должна его спросить. Хотя думаю, что уже знаю ответ на свой вопрос.
- Это ведь были вы? Тогда, возле школы. Вы и Амир напали на меня и вкололи что-то в шею. - показываю на портфель: - Что-то из этого самого чемодана.
Иван Андреевич даже не пытается отрицать:
- Да, это были мы. И это была мизерная доза катализатора. Он должен был разбудить в тебе то, что в течение долгого времени было блокировано.
Отползаю подальше, желая увеличить расстояние между нами. Не могу поверить, что не поняла этого раньше. Ведь все сходится: хамство одного и интеллигентная речь второго. И голоса. Да, тогда я была слишком напугана, чтобы запоминать их, но как я не догадалась потом?
- Почему я не узнала вас потом? Почему помнила события того дня, но не узнавала?
- Вместе с катализатором я впрыснул тебе небольшую дозу анаргенза. Это безвредный наркотик, который туманит сознание и искажает воспоминания. При этом быстро выводится из организма. С помощью него мы смогли сделать так, что ты нас не узнала, увидев.
- Я думала, что схожу с ума. Перестала понимать, где реальность, а где мои фантазии. - я на грани очередной истерики. Но только для неё сейчас совсем не время. Делаю глубокий вдох и выдох. - Почему я? Что этот самый катализатор должен был разбудить во мне? И кто, черт побери, вы такие?
- Как много вопросов. А ведь до встречи с арканцами ты могла бы уже знать на них ответы. И быть готовой.
Амир появляется из-за моей спины, где по всей видимости находился все время и слушал наш разговор. Он подходит ближе, останавливается возле моего импровизированного лежака, смотрит сверху вниз и его взгляд не обещает ничего хорошего. Он зол. Не желая, чтобы он возвышался надо мной грозной тучей, я встаю на ноги. Они немного дрожат, но так я чувствую себя увереннее, готовая в случае необходимости бежать.
От этого хищника не убежишь.
Прогоняю возникшую мысль из головы и стараюсь унять подступившую к горлу жельч. Я не буду убегающей дичью. Не важно, что во мне все дрожит от страха, я не дам ему запугать меня. Копируя позу парня, складываю руки на груди.
- Ты мог, например, сказать: слушай, я проколол тебе шею длинной стремной иглой. Вколол некий катализатор. Нужно просто посмотреть сдохнешь ты или нет. Поверь, после такого я бы с удовольствием продолжила с тобой беседу и обсудила варианты своего выживания.
- Ты драматизируешь. Из-за такой дозы ещё ни один ларканец не умирал.
- Да, но ты не учитываешь, что и я не какой-то там ларканец. И вообще, кто это? Какой-то род? Раса? Племя южной Африки?
- Ларкацы - это население одной из множества параллелей. А конкретнее - Ларканы.
- Так. Параллелей, - спокойно, Кристина, только спокойно. Давай, ты же можешь взять себя в руки. Вдох выдох. Вот так. - Хм. Интересно. И что это за параллели такие?
Я не уверена, что мне не приснились разговоры про моего брата и, наверное, все, что меня сейчас должно волновать - это его местонахождение. Но что-то мне подсказывает, что найти его будет легче, если я все же пойму, что здесь на самом деле происходит. Настал тот момент, когда я должна выслушать Амира.
Даже если его объяснения звучат как бред сумасшедшего.
Амир подходит ближе и устраивается у моих ног на одеяле. Видимо, он и в таком положении чувствует себя властелином мира. Отхожу подальше, облокачиваюсь о машину и напоминаю о своем вопросе:
- Итак, параллели?
Парень молчит, лениво скользя взглядом на громадам городской свалки. Иван Андреевич медленно перебирает что-то в своем чемоданчике, предпочитая, чтобы эту беседу вел его племянничек. И когда он начинает говорить, я невольно задерживаю дыхание: