- Милая, послушай, - я опускаю взгляд и вижу расстроенное лицо мамы. В ее глазах блестят слезы. – Там ничего нет. - сообщает грустно она, а мое сердце непроизвольно сжимается. - Но меня предупреждали, что и такое может быть.
- Такое? – онемевшими губами переспрашиваю я.
Мама опускает телефон, а затем хлопает ладонью возле себя. Я подползаю ближе и она обнимает меня за плечи, прижимает к себе.
- Когда ты болела в детстве, врачи пытались понять, что с тобой не так, почему механизм постоянно дает сбой. Ведь сегодня ты могла заболеть, а завтра анализы уже показывали, что ты абсолютно здорова. Однажды у тебя в три года даже ни с того ни с сего возникла хрустальная болезнь – что в принципе невозможно, ведь она врожденная! Однако ты ломалась, как тростиночка, - мама всхлипывает от страшных воспоминаний, прижимая меня к себе крепче. – Ты успела получить пятнадцать переломов, пока болезнь не исчезла так же внезапно, как и появилась. Этот феномен не поддавался никакой квалификации. В итоге, все что могли понять врачи - это что у тебя мутированный набор генов, который раньше никогда не встречался.
- Я не понимаю…
- Я и сама особо не понимала, что они мне хотят этим сказать. Но смысл следующий – ты человек не с такими генами, как у всех. Такое бывает. Некоторые учёные даже считают, что благодаря таким сбоям в программе и происходит эволюция всего живого на земле…
- Ага, Крис, ты как мутант из Людей Икс, - кричит из кухни подслушивающий Пашка. – Смотри, как бы когти не отрасли или не начала всех палить своим взглядом.
- Замолчи, Павел! – кричит ему в ответ мама, не выпуская меня из своих объятий.
- Мам, я не понимаю, - пытаюсь я ее вернуть к разговору, который она начала. – Почему ты решила мне сейчас это рассказать?
- Понимаешь, малыш, - она делает глубокий вдох, как будто собирается нырнуть, а затем выпаливает: - Возможно, это новая болезнь.
Я не сразу понимаю о чем она, но когда до меня доходит, то отстраняюсь и удивленно смотрю на нее.
Нет. Она этого не говорила.
Мама смотрит на меня сочувствующе и немного виновато. Однако взгляда не отводит.
Она что и правда считает меня шизофреником?
Просто блеск.
- Я же говорил, ты - чокнутая.
Пашка стоит в дверях кухни с бутербродом в одной руке и кружкой чая в другой. Он успел переодеться после школы и сейчас щеголяет в одной из своих дурацких «паутинных» маек с тематикой спайдермена. Если бы кто из школы узнал, что мой обаятельный братец тащится от супергероев Марвела, то уже чокнутым считали бы его, а не меня.
Мама делает вид, что его нет в комнате, и я следую ее примеру. Но мне все равно совсем не хочется обсуждать мою гипотетическую шизофрению.
Выкарабкаюсь с дивана, хватаю террариум с Кошмариком и отправляюсь в спальню, не говоря ни слова.
- Кристина! - зовет меня мама, но я лишь качаю головой.
- Не надо, ма. Просто не надо.
Я слышу, как мама встает, чтобы пойти за мной, но ее останавливает брат:
- Оставь ее, ма, - просит он. – Думаю, ей нужно время для осознания своей невменяемости.
Вот же говнюк.
В комнате я долго рассматриваю в небольшое зеркало свою шею, но так же как и мама ничего не вижу. Неужели мне действительно всё это приводилось? Но всё было так по-настоящему. Я до сих пор помню презрительно-насмешливый голос одного и учтивую речь второго. Они были реальными настолько, что я помню каждую деталь нашей встречи.
Достаю сопротивляющегося геккончика, заползаю на кровать, укладываю его себе на грудь. Кошмарик немного поерзав все же успокаивается, довольный исходящим от меня теплом. Вставляю наушники в уши, включаю на полную мощь музыку.
Я пялюсь в потолок, не в силах пошевелиться. Вспоминаю сегодняшний день и мне реально становится страшно. А вдруг действительно моим следующим заболеванием окажется такое психическое расстройство, как шизофрения? Я ведь никогда даже не задумывалась об этом…
Господи, как же не хочется сходить с ума.
Глава 4.
Что ж, существование в школе оказывается именно таким ужасным, как и предполагалось после моей минуты славы, запечатленной на том видео. Не считая насмешек ребят, мне пришлось сходить на ковер к директору, объясняя, что в тот момент я вовсе не была пьяной. И нет, я ничего не курила.