— Как ты мог утаить от меня рождение сына, братец? Недопустимое безобразие!
— Лялька, я же должен был тебя переплюнуть, сама говорила.
Ася покачала головой, расцеловала Еву и Павёлку.
— Надо же, сынок твоя копия. И глазки такие умные.
Мы оставили маленькую Лиру на попечение Агаты и Евы и пошли в крио корпус. Я надеялся на свою сестрицу – волшебницу в лекарском деле. Асанна всегда возила с собой саквояж с лекарственными препаратами и системами. Она взяла в бутылочку вязкий гель с красноватыми прожилками из ванны, поцокав языком и вынеся вердикт.
— Очень интересно.
Ася тщательно осмотрела Никишку, выкатив его худенькое тельце и уложив на отдельную каталку. Токсин из его уха она не стала вытаскивать, только попросила образец токсина для изучения.
Я помогал сестре в её манипуляциях, без подробностей рассказав о себе. Асанна качала головой, попутно поставив Никишке капельницу, сделав уколы в голову и в ноги. Потом Асанна привязала антраксы к разным частям тела ребёнка.
— Посмотрю динамику.
По поводу Рины Ася, скорбно поджав губы, сообщила, что ничего изменить нельзя. Собственно, другого ответа я и не ожидал.
— Пусть пока полежит здесь, еще не решил, где похоронить Рину.
Низкая температура в камере сохраняла тело в нормальном состоянии. Мне казалось, что даже мёртвая, мать отдаёт свою силу сыну. Я не стал делиться этой мыслью с сестрой, хотя она последнее время совсем не спорила со мной, посматривая с уважением и восхищением.
— Ася, ты в курсе, что завтра я женюсь? Добромир обвенчает нас.
— Конечно, знаю и очень рада. И ещё. На всякий случай, учитывая поспешность сего действа, я привезла платье, которое надевала на свадьбу. Я хочу предложить его Еве. По комплекции мы похожи, правда, Ева несколько тоньше меня. Как ты на это смотришь?
Сестра умела видеть на шаг вперёд. Я с благодарностью посмотрел на неё.
— Положительно.
В тот же вечер Ася вытолкала меня из комнаты Евы, где невеста примеряла платье.
— До свадьбы жених не должен видеть невесту.
Павёлка оставался с матерью, с ним меня тоже разлучили.
Я заселился в соседнюю комнату, чтобы пусть и через стенку быть рядом. Агата с Марыськой под управлением Фомы хозяйничали на кухне, готовя праздничный обед. Ужин оказался скромным по меркам замка, но я так наелся каши с маслом и хлебом, что еле добрёл до комнаты, кляня себя за обжорство. Спал я в кои веки мертвецким сном, хотя собирался читать свой талмуд.
Утром меня разбудила Асанна с Павёлкой на руках. Я подскочил как ужаленный. У меня свадьба, а я дрыхну. Протерев глаза, я поцеловал довольно гукающего сына, сразу же почувствовав умиротворение. Оказалось, что Ева смогла сохранить молоко, и теперь кормила Павёлку грудью.
Сестра привезла не только платье для Евы, но и белоснежную рубашку и отглаженные брюки для меня.
— Собирайся, соня. Церемония на тренировочном поле. Выходи, не задерживайся.
Я чувствовал себя непривычно взволнованно, но не так, как в последнее время. Привычное состояние напряжения отпустило. Не надо бояться, не надо никуда бежать, прятаться, думать о пропитании, о жилье, о детях и животных.
Из маленького зеркала на меня глянул удивлённо-растерянный Ларри в белой рубашке. Неужели я сегодня женюсь на самой желанной девушке на свете. Что они там придумали на тренировочном поле? По пустому коридору шёл до лестницы, покачиваясь, словно хлебнул можжевеловки, спустился вниз к центральному выходу. Перед тем, как открыть дверь выдохнул.
С Богом!
На поле выстроились верхотуры, которые, вскинув каюры, приветствовали меня. Я точно полководец спустился вниз, двинулся мимо верхотуров к украшенной цветами и лентами арке, в центре которой стоял сияющий Добромир. Я подошёл к нему. В сердце всколыхнулась мысль, что Ева могла передумать, испугаться и сбежать.
— А где невеста?
— Ждём. Чего ты побледнел, жених?
Двери распахнулись. Я прищурился. Солнечные лучи обрисовали силуэт девушки в светлом платье. Под высокой грудью, перевязанной лентой струился белый шелк, расшитый сверкающими камешками, на голове невесты красовалась диадема. Важно вышагивая рядом, за руку Еву вёл Фома. Вот же проныра. Сзади за невестой шагала маленькая делегация из женщин и детей. Асанна несла Павёлку, Марыська за руку держала Лиру, Агата с Лейлой замыкала процессию.
При виде невесты верхотуры выдали целую барабанную дробь, застучав каюрами по броне своих поднятых вверх начищенных щитов. Ева, улыбаясь, придерживая подол платья, плыла ко мне, а меня пробил холодный пот. Жених встречал невесту без цветов.