В нескольких метрах от меня скалился Тавгул.
— Так и знал, что без меня не обойдутся.
Боль в спине вместе с сильным натяжением потащили меня к Тавгулу. Он поймал меня как рыбу на крючок, который с мясом выдирал мою плоть. Я схватился за торчащее из стены кольцо, в глазах потемнело от боли.
Не выдержу
Безумный смех Тавгула отражался от стен коридора, бил по ушам словно молотом. Он наслаждался своим превосходством. Руки ослабли, я отпустил кольцо и заскользил животом к сумасшедшему рыбаку, пересчитывая утробой каждую каменную ступень.
Сволочь
Извиваясь как змея, я сумел согнуть ноги и с приближением к противнику со всей силы ударил Тавгула в колено. От неожиданности он взревел как вол и дёрнул леску. Затрещала одежда, с противным хрустом крючок выдернул кусок моей плоти. Спину словно прижгло огнём, от боли перехватило дыхание, но я освободился от лысого чудовища, перевернулся на спину и, несмотря на горящее в огне тело, ударил Тавгула в пах.
Передышка оказалась короткой, я только успел подняться на ноги, как Тавгул разогнулся и вытащил из ножен длинный стилет. Мой взгляд прилип к граням смертоносного оружия.
— Не трожь! — взвился в коридоре девичий крик. — Его надо сбросить со стены. Приказ Главы.
Я попятился к лестнице. Казалось, только повернусь спиной, как клинок вопьётся в шею.
— Без тебя разберусь, — прохрипел Тавгул с дикой улыбкой на лице и заорал мне. — Ещё шаг и выпущу кишки.
Я замер на месте, поверив лысому монстру. В этот момент его накрыл пыльный смерч. Ева применила магию! И я ринулся вперёд. Очередной пролёт лестницы вдруг закончился, и я оказался на восточной стене замка, которая была несколько ниже западной, куда меня вели на казнь.
Спина горела огнём, дыхание сбилось, внизу шумел листьями заросший деревьями и кустарниками ров, а с двух сторон ко мне бежали охранники. Всё-таки загнали меня как дикого животного. У меня не было время подумать. Спину разрывало от боли. Что я могу противопоставить врагам?
Черную короткую палочку, закатившуюся в угол кармана? Идиот, сказала бы Ася, надо биться до конца. Она всегда была обо мне высокого мнения, только скрывала его за подколками и насмешками.
Спаситель – надежда моя, зажги светильник твой внутри меня. Открой врата милости. Будь провожатым моим…
Палачи приближались. Какая хрупкая жизнь. Как легко её оборвать. Как жалко её терять. Есть ли хоть сотая доля выжить? Хочется жить, несмотря ни на что.
Не надо размышлять, надо делать. Я посмотрел вниз, сунул палочку в рот, сжал зубами, повернулся спиной и, нелепо взмахнув руками, полетел в ров. Тёмные крылья не распахнулись за спиной. Стремительно ломая ветви кустарников и тонкие стволы, я рухнул на землю, будучи ещё в сознании, и только от мощного удара погрузился в белый свет. Странно… Почему белый?
Глава 8. Ярость и туман
Земля смешалась с небом. Где я? Что со мной? Глаза ничего не видели, тело не ощущалось. Ночь или день? Я умер?
Не оставь меня во тьме. Не оставь меня. Не оставь.
Сознание вернулось, значит, я жив? Может ослеп и потерял слух? Во рту перекатывалось что-то твёрдое. Я проглотил камень? Выплюнул его, чтобы не сломать зубы, и мгновенно тело ошпарило болью.
— Ауч!
Голову разорвало на множество частиц, она желала рассыпаться зыбучим песком. Тело закрутило в мясорубке, где каждая клетка горела огнём, пытаясь взорваться изнутри.
Как помешанный я принялся искать чёрную палочку, которую прежде выплюнул. Это же обезболивающее средство. После нескольких дёрганных попыток нащупал искомый предмет, сунул его в рот, сжал зубами. Мгновенно полегчало. Теперь голова гудела как растревоженный улей ос, но убийственной боли не ощущалось. С отчётливой ясностью вспомнил всё, что случилось.
Ярость и ненависть сдавили горло. Желание стереть в порошок всех, кто остался за стенами замка накатило на меня огненной волной. В замке не было тех, кого можно пожалеть. Ни одного человека, кто достоин жизни. Ни одного? А Ева? Она пришла мне на помощь. Или я ошибаюсь, и у неё свои корыстные цели? Это же она сдала меня Ильзе.
Я огляделся. Всё вокруг было затянуто густым туманом. Это не Бездна, а тот самый овраг, в который я свалился. Перекатил камень во рту, медленно сел и встряхнул головой. Что со мной?
Агония сознания была намного хуже боли. Я вдруг осознал, что хочу истребить всех обитателей Арма как саранчу, стереть с лица земли это змеиное гнездо, развеять их пеплом, не оставить камня на камне от этих стен.
Стоит только сказать «да» своему желанию и всё свершиться. Жажда убийства нарастала, я задышал как загнанный. Что-то изменилось во мне. Никогда я не ощущал в себе столь поглощающей ярости. Меч палача завис в воздухе. Вы не уйдёте от расплаты…