— Что-то приснилось?
Призрак из сна не спешил покинуть моё сознание. Дверь в будущее приоткрылась, наполнив моё сердце предчувствием, не давая расшифровки.
— Расскажи про действие артефакта.
Голос Евы стал жёстким и ломким как сухой тростник.
— Ты разве не понял? Артефакт даёт силу, но поднимает в человеке всё самое тёмное. С ним ты чувствуешь себя сверхчеловеком, хочешь сокрушить врагов, обидевших тебя, а потом и друзей — тех, кто помог тебе, потому что внутри разрастается тьма, ты не веришь никому, жаждешь истребить всех с дьявольской улыбкой на губах. Скажи, что сейчас думаешь обо мне? Только честно.
Её холодные глаза и хриплый от сна голос ввергли меня в ожесточённое состояние. Требует правду, хотя сама открывает мне лишь часть её. Можно ли верить человеку, обладающему тёмной магией? Слова дались мне с трудом.
— Думаю, я тебе для чего-то нужен. Я видел твой бой с Тавгулом. Ты… поменяла облик два раза.
Она облизала сухие губы, усмехнулась.
— Любознательный Ларри. Я достигла некоторых высот, но… не совершила окончательный переход.
Её слова мало, что объяснили. Ева вдруг нахмурилась, замолчала, приложила палец к губам, призывая к тишине. Она словно просматривала окружающее пространство внутренним взглядом, вслушивалась в звуки леса.
— Надо убираться отсюда. Тебя станут искать. Ильза поймёт, артефакт не допустит смерти Хозяина. Теперь ты его слуга.
— Я не давал согласие служить ему!
— В этом, надеюсь, твоё спасение, Ларри. «Сила Хаоса» отравила тебя, но ты сможешь контролировать её.
Думать о том, что в моей душе поселилась эта отрава, было невыносимо. Злоба, ненависть, недоверие – никогда не владели моей душой, а сейчас вся эта муть как грязная пена прорывалась на поверхность. Действие артефакта я ощутил минуту назад, когда почувствовал в Еве коварного врага.
Как увидеть истину, справиться с этой скверной? Есть ли средство от ненависти, подозрительности, недоверия?
Ева поднялась на ноги, отряхнула одежду, подала мне руку.
— Пойдём.
Предстоящий путь был окутан туманом. Никакой определённости не просматривалось ни в сознании, ни в окружающей местности. Я двигался за Евой след в след, по невидимой тропинке. Мысли клубились в голове как предрассветный клочковатый туман, то рассеявшийся, приоткрывавший пространство, то вновь сгущающийся мутной пеленой.
В одну минуту верил в чистоту помыслов Евы, в следующую начинал сомневаться, накручивая себя с каждым шагом. Вскоре мы начали карабкаться вверх, цепляясь за тонкие стволы и ветви кустов. Чем выше мы лезли по склону, тем больше рассеивался туман, прижимаясь к низине. Деревья и кусты принимали свои очертания, муть тумана исчезала, птицы несмелыми трелями разминали голоса. Утро благодатно влияло на меня, я вздохнул с облегчением. Смущающие навязчивые мысли покинули голову.
Скользкий склон был достаточно труден для восхождения. Ева остановилась, выломала крепкую ветку, срезала ножом с неё ветви, сделала себе посох, обернулась ко мне.
— Хочешь такой же?
Я пожал плечами и вспомнил, как она сказала: «Открой дверь или я сломаю тебе руку».
— Не надо, — ответил сквозь зубы.
Искра злобы вновь пробудилась во мне. Гадкий червячок шепнул: «Нельзя ей верить. С перстнем ты станешь всемогущ. Зачем отказываться от этого?»
— Понятно, — кивнула Ева, словно прочитав мои мысли.
Глава 9. Беглецы
Перед глазами всё расплывалось, было холодно и промозгло, земля пахла пряной мокрой хвоей. Местность постоянно менялась: в низинах болотистая, на склонах каменистая, в лесу непролазная. Толстые корни деревьев цеплялись за ноги, паутина липла к лицу. Мы шли несколько часов без перерыва.
Иногда я бросал в рот пару-тройку зёрнышек сухой лапши, сохранившейся в кармане. Ева отказалась от предложенного угощения. В ней, идущей впереди, сохранялась упрямая сила и несгибаемая воля.
Порывами налетал холодный ветер, издалека двигались на нас тёмные тучи, Ева хмурилась, глядя на них.
— Погода портится.
Одежда грела плохо, мёрзла спина, я продрог, несмотря на непрерывную ходьбу. Иногда мы делали остановки, чтобы я мог отдышаться. В отличие от меня Ева могла двигаться без привалов, она была намного выносливей. Срывая какую-то траву, она жевала её, восполняя силы. Ева предложила и мне подкрепиться, но, чуть распробовав, я с отвращением выплюнул эту гадость. «Пища ведьм» - окрестил я угощение и продолжал экономно рассасывать свою сухую лапшу.
— Знаешь, как пройти в селение?
— Ты всегда ходил по знакомым тропам? Имел точные ориентиры, знал, куда идёшь?
— Конечно, нет. Часто случалось что-то иное.