Монстр не ожидал, что я поднимусь с колен. Его круглая голова с прижатыми к черепу ушами напомнила спелый помидор. Чего я расклеился? Пора отпустить силу, которая таилась во мне. Я рассёк воздух ладонями, словно ударил по ушам Тавгула. По лицу монстра пробежала судорога. Да, он ощутил удар. Из его носа брызнула кровь как из гнилого перезрелого помидора. Внутри шевельнулось злорадное удовольствие. «Сила Хаоса» обожала кровь.
— Тавгул, — выдохнули потрясённые адепты. Никто не посмел заорать.
Представив, что в моей руке пучок голых упругих веток, я хлестнул по лицу ненавистного врага. Тавгул вздрогнул, но успел заслонить глаза. В его руке словно появился гибкий длинный хлыст. Змея! Не знаю, что видели зрители, но я отчётливо разглядел гибкое тело в переливающихся чешуйках и плоскую голову с раздвоенным языком.
Резко проведя рукой с головы до ног, я одел себя в броню. Змея, бросившись в лицо, злобно зашипела на меня. Она не смогла ко мне прикоснуться, обломала зубы о мою защиту. Я схватил змею за шею около головы, сдавил упругое мощное тело. Тавгул дёрнул змею на себя, но я удержал её, и она тут же рассыпалась в пыль.
Злобный черный пёс с вываленным языком в два прыжка бросился на меня и повалил на землю. Моя защита трещала под его клыками. Я схватил его за язык и засунул руку глубоко в пасть, и пёс переменился. Надо мной возвышался сам Тавгул с мечом в руках. Где он взял меч? Мы вышли на поле без оружия.
Моя защита таяла под испепеляющим взглядом монстра, на меня дыхнул смрад из Бездны. Я не закрыл глаза за мгновение до смерти. В памяти возникло видение, как меч вошёл в тело Евы.
Ева! Я пришёл за тобой! Тавгул замер с мечом в руках, словно увидев перед собой призрак. Я сделал как Ева, стал Евой и дунул на него. Изо рта вылетел чёрный рой мелких тварей и облепил Тавгула, полностью скрыл его фигуру. Набрав в грудь воздуха, я подул ещё, выпуская в свет злобных насекомых.
— Спасайся! Осы! Осы!
Вокруг раздались крики ужаса, визги, звуки сталкивающихся тел, топот, стук захлопывающихся дверей и окон, а я всё дул и дул, пока не кончились силы.
Тавгул сделал несколько шагов и свалился под роем кровожадных насекомых, оставшись смрадной кучей чего-то непотребного. Я поднялся, обошёл его, посмотрел по сторонам. Людей вокруг не было, ветер носил по полю серый пепел. Неужели осы превращали человеческие тела в пыль, не оставляя даже костей?
Меня шатало, токсин убирал боль, но выключал сознание. А ясный ум был сейчас просто необходим. Я выплюнул токсин на ладонь и еле удержался на ногах от ужасающей боли. Надо терпеть, идти, иначе свалюсь прямо здесь.
Нужно найти Еву, а потом будет видно. Возможно, умру, но только не сейчас. Положил токсин в нагрудный карман и нетвёрдой поступью двинулся к крио корпусу. Никто не заступил путь, вокруг всё будто вымерло. Откуда у меня взялись магические способности выпустить рой ос, что случилось с людьми, я не думал. Главное, чтобы мне никто не помешал.
Глава 15. Где ты?
Крио корпус встретил чуть ли не замурованными дверями. Их серьёзно усилили после моего незаконного вторжения. Я разочарованно застонал, привалившись лбом к дверям, дал себе краткий отдых. Если рассуждать здраво, в здании должны быть и другие входы.
Придерживаясь за стенку, я поплёлся вокруг корпуса. Где-то же должна быть лазейка. Неужели без перстня не зайти внутрь? Серая стена без окон казалась бесконечной, ноги с трудом держали. Чуть не сгибаясь пополам, я свернул за угол. Может на торце есть ещё один вход? Нет. Здесь ничего не было. Что делать? Осталась необследованной всего одна стена.
— Спаситель всё управит, управит, — шептал как в бреду, сжимая в кармане тонкие волосы кукурузы, — я выдержу, выдержу.
В отдалении послышался какой-то шум. Показалось? Но голоса, стоны, вопли приближались. Похоже, кто-то спешил к крио корпусу. Накинув на голову капюшон, я осторожно поплёлся туда, где раздавались крики и проклятия. Меня встретило настоящее столпотворение у открытых настежь дверей. Покусанные злобными мелкими тварями адепты ломились в крио корпус, завывая от боли.
Я влился в толпу незаметной тенью. До меня никому не было дела. Какой-то хлыщ с напомаженными усами раздавал мешки – вретища с одной дыркой для головы, а другие помогали натягивать их на тела пострадавших, оравших от такой экзекуции ещё сильней. Помощники вкладывали в уши несчастных обезболивающие чёрные короткие палочки.