Спаситель ни с кем не поступает несправедливо. Надо просто смириться. В телесном исцелении нет пользы, если предварительно не будет исцелена душа. Моя душа требовала серьёзного врачевания, я понял это и перестал противиться. Спаситель указал дорогу, я залез в ячейку и закрыл глаза.
Глава 16. Возвращение
Очнулся я от тряски, тело подбрасывало на кочках, голова стукалась о деревянный борт какой-то древней колымаги. На таких ездили в отдалённых горных селениях, не знавших благ цивилизации. На мне лежало такое же липкое тело, как и моё. Сознание медленно возвращалось ко мне.
— Стой. Приехали.
Повозка остановилась. Фонарь скользнул по лицу.
— Давай, помогай, — злой голос рыкнул где-то сбоку.
Раздалось кряхтение, и меня освободили от тела, лежащего на мне.
— Жаль девчонка не оклемалась. Симпатичная была.
— Заткнись, лучше руками шевели.
— Сам заткнись. Говорили, что исцелят, а вона как вышло.
— Измельчали нынче людишки. Слабаки.
— Не скажи. Она здорово дралась.
Хорошо, что в этот момент я не мог раскрыть рта и заорать от ужаса, лицо было залеплено липкой дрянью. Через щелочки чуть приоткрытых глаз замелькали силуэты, послышались глухие звуки тел, падающих на землю. Потом меня грубо подхватили и выкинули из телеги. Находясь в шоке, удара я почти не почувствовал.
— Яма мелкая. Войдут все?
— Нормально. Не ной.
— Жуть какая.
— Давай быстрей, да поедем.
Через короткий промежуток времени меня схватили за ноги и поволокли. Бросок вниз я почувствовал на интуитивном уровне. Следом полетели комья земли. Закапывают. Затаив дыхание, пошевелил рукой, чтобы отстраниться, оставить пространство перед лицом. Нужно дышать, дышать.
Хорошо, что между телами был зазор. Немного погодя принялся сначала медленно, потом всё быстрей отбрасывать землю, прорываясь к поверхности. Хорошо, что безлунная ночь, и шевеление земли будет незаметно. Через секунду я уже ни о чем не думал, яростно раскидывая землю в разные стороны.
Воздуха в яме было как будто на один вдох. Паника завладела всем существом. Быстрей, быстрей! Сдирая руки в кровь, вылезти из ямы. Холод мазнул по лицу, грудь наполнилась свежим воздухом. Я выбрался. Токсина в ухе не было. Вот почему я очнулся. Снова гребя руками, как бешенная собака, я принялся откапывать остальных. Здесь ли Ева? Могильщики говорили про какую-то девчонку.
Главное, не поддаваться страху. Я как одержимый откапывал трупы в ночном лесу.
— Ева, Ева, пожалуйста. Ведь она была жива в крио камере. Или её здесь нет? Скоро я кое-как отбросил землю. В темноте нельзя было ничего разглядеть. Сколько здесь человек? Где девушка? Наощупь я стал трогать холодные скользкие тела. Никто не потрудился их отмыть от липкого вещества.
Видимо, таким образом Арм скрывает следы преступления. Ночью вытаскивают умерших и сбрасывают в наспех подготовленные ямы.
Слабый стон заставил вздрогнуть. Кто-то из трупов ожил? Я принялся расталкивать голые тела. Кто стонал? Парень, девушка? Обоняние не работало, нос, забитой лечебной слизью не ощущал запахов. Кое-как посчитал, передо мной было четыре человека. Как червяк в грязи тыкался от одного к другому, пытаясь определить, кто из них жив.
Кажется, как-никогда горячо я просил хоть какой-то малости света. В темноте между холодных скользких тел я призывал на помощь луну.
Небо, обложенное низкими облаками, скрывало единственное светило, в котором я нуждался, стуча зубами от ужаса. Чудилось, что могильщики могут вернуться, что они могли что-то забыть, не довершить дело. Да мало ли по какой надобности они появятся здесь? Кажется, я как-никогда был в шаге от помешательства, шепча отрывистые сбивчивые просьбы.
Краешек тонкого серпика показался из-за туч, и я нашёл Еву. Стёр как мог плёнку с лица и понял, что Ева жива. Сердце так колотилось в груди, что, казалось, не справиться с радостью, которую я испытал при чуть слышном стоне девушки. Творец выстроил путь, о котором я не помышлял, который бы не увидел никогда, не придумал бы его, сколько бы ни был изощрён мой ум. Слёзы текли по лицу, когда я вытаскивал Еву из ямы.
Кое-как забросал тела землёй, сверху накидал упавшие ветви. Не хотелось, чтобы дикие звери добрались до человеческих останков. Вряд ли мы находились далеко от замка, значит, надо было уходить отсюда. Придётся решать в какую сторону. Сил бездумно ломиться сквозь чащу не было. Постоянно запинаясь о корни деревьев, я вынес Еву на небольшое свободное пространство и уселся на землю. Скрючившись над телом девушки, я попытался сосредоточиться, хоть как-то проанализировать ситуацию.