— У вас не найдётся переночевать? — спросил я, почти уверенный, что получу от ворот поворот.
Мужчина скрыл алчный взгляд под маской благожелательности и неожиданно распахнул калитку.
— Проходите. Размещу.
Мы зашли и остановились, не зная, куда идти. Я был согласен на сарай, который стоял чуть вдалеке от дома. Удобств не требовалось, была бы крыша над головой. Агата держалась сзади меня, я чувствовал, как печёт спину, словно она буравит меня взглядом. Лучше бы намекнула, что не так, а то всё молчком, да молчком.
— Сарай свободен? Мы могли бы разместиться там, — сказал я.
Мужчина согласно закивал, будто даже обрадовался, но я и не собирался напрашиваться в дом. Агата передала Лейлу Марыське.
— Поужинать можно? — спросила она мужчину, кивнув на небольшой разделочный стол, на котором обычно рубили корм для скота.
— Да, располагайтесь, — мужчина исподлобья взглянул на Агату.
— Идите устраивайтесь. Я тут соберу, — сказала Агата и, повернувшись, к мужику, добавила, — благодарим за гостеприимство. — Он осклабился в ответ, выдавив из себя кривую улыбку.
Агата скинула с плеч суму, начала выкладывать то, что Марыська насобирала у скупых сельчан.
— Кипяточку можно?
Услышал вопрос Агаты, ведя к сараю детей и Рину. Никишка, ранее набрав в ведро воды из колодца, собирался подоить козу. Мне стоило подумать о том, как будем добираться в Лужбу, но от усталости слипались глаза.
Сарай оказался небольшим, с лестницей, ведущей под крышу, набитый сухим сеном с дурманящим луговым ароматом. На улице была лёгкая прохлада, а от крыши шло приятное тепло.
Ноги подкашивались, хотелось просто плюхнуться в сено, положить под голову талмуд, завёрнутый в рубаху, и закрыть глаза.
— Подожди, не торопись, — сказала Рина, — сначала постелим, а то будет колоться, под рубаху попадёт. А на одеяле красота – и мягко, и тепло.
Никишка принялся доить козу, Рина расстелила младенцам, уложила их рядком, улеглась с ними, я пристроился с другого края. Под дзиньканье струй, негромкое поучение Никишки, как доить козу, Марыськино хмыканье, голос Агаты, доносившийся со двора, я смежил веки. Наконец-то спокойные минуты отдыха. Сейчас поедим, выпьем молока, выспимся и с рассветом двинемся в путь.
Немного удивлял голос Агаты. Где-то пару слов не вытянешь, а с незнакомым мужиком разговорилась. Хочет вызнать новости или попросить что-нибудь? Нам лишний ломоть хлеба не помешает. Я окончательно расслабился и незаметно впал в забытьё.
Дикий крик подкинул меня с места. Вопил хозяин дома. Чуть не вышибив дверь, я выскочил наружу. Ладонь мужика была пригвождена лезвием к столу, второй рукой он пытался избавить от ножа. Удар кулаком в висок избавил его от попытки освободиться от лезвия. Агата с чёрными глазами, затопившими всю радужку, стояла над мужиком.
— Он собирался нас сжечь, — сказала глухо без эмоций, словно не она, только что вырубила мужика.
— Откуда знаешь?
— Знаю.
— Почему сжечь?
— Урожай гибнет. Нужна жертва. Ради дождя.
Я рывком вытащил лезвие из ладони мужика, обтёр его о штаны, приложил пальцы к сонной артерии на шее.
— Жив, — обвёл глазами свою маленькую бедную семью. — Собирайтесь. Сюда могут явиться.
— Ларри, нельзя в деревню, надо уходить через поле позади дома.
Я кивнул, сдёрнул пояс на рубахе мужика, связал ему руки, поднял на плечи и потащил в дом, нечего ему здесь валяться. Сбросил мужика в горнице на пол, вышел и запер дверь на замок, который болтался тут же на крючке.
— Они пойдут за нами, — сказала тихо Агата, — надо торопиться.
Глава 25. Охота
Тащить козу на ночь глядя в лес оказалось мучением. Животное хотело спать, а не брести между деревьями, угрожающе нависающими над головой.
Мне стало казаться, что Агата выдумала, что нас хотят сжечь. Мужик, возможно, сделал ей оскорбительное предложение, и она не сдержалась, пригвоздила его ладонь к столу. Агата чем-то напоминала Еву, такая же немногословная, гордая и самодостаточная.
Выдумала или нет, деваться было некуда, надо бежать.
— Тихо, не шумите, — сказал Никишка.
Со стороны, где осталась деревня, послышался лай собак. Внутренности сковала ледяная глыба. Что делать? Как спасти женщин и детей? Рина хрипло дыша схватилась за сердце. Страх и бег убьёт её раньше, чем нас настигнут жители Чёрных камней.
— Рядом река, надо к ней, — сказала Агата.
Лес редел, всё ближе слышались звуки погони, лай собак, вышедших на охоту за людьми. Сколько их? Они так уверены, что мы – лёгкая добыча? Смогу ли я защитить свою семью, справиться со всеми. Плохой вопрос. Не стоит раздумывать над этим. Я должен и никаких сомнений.