Мы ещё посидели около костра, пытаясь придумать, что делать дальше, но младенцам пора было спать, и Агата с Риной отправились на боковую. Марыська и Никишка наперебой излагали свои фантастические планы. В моей голове вяло крутились варианты действий. Да, мы спрятались в лесу, но как здесь выжить с детьми и женщинами.
— Всё, ребята. Спать.
Предупредив, чтобы ни шастали ночью без меня, если кому приспичит, я вразнобой забил колья перед входом в шалаш.
Жульку с семейством и козу мы загнали к нам. Сам лёг посередине, детей положил по бокам, в надежде нормально поспать. Марыська с Никишкой возились ещё какое-то время, проверяли Жульку, щенков, козу, потом кое-как угомонились. Дрёма победила.
Ночью приснился сон, словно я стою на поляне, гляжу в чернильное небо и вслушиваюсь в звуки. Ничего не видно в беспросветной темноте, но я точно знал, наверху над нами дракон. Кто он? Враг или друг?
От реалистичного видения я проснулся с колотящимся сердцем. Около входа завозилась коза, Жулька подняла голову – чутко спит. В Верховии драконы не летают ночью, хотя есть несколько знакомых индивидов, которые могут ориентироваться в темноте. Меня ищут?
Давно вышли все сроки. Где Добромир? Он не может бросить, должен помочь, или я ничего не понимаю в людях.
Неприспособленный книжный червь, чьё единственное достижение – участие в гонке «Каменный молот», не означало, что я в состоянии быть героем. Думаю, я идеально подходил на роль чудаковатого простака. Пусть так. Добромир обещал небольшую встряску и короткую вылазку, а на самом деле я попал в непроходимый лабиринт, из которого не мог выбраться.
Получалось, что Добромир отправил меня в смертельное путешествие и исчез с горизонта. Нет, я не должен дать этой ядовитой мысли прорасти в сердце, ведь так просто попасть в эту ловушку.
— Ш-ш, тихо, — прошептал Жульке, пролезая мимо неё, — лежать, место.
Собака знала команды. Она внимательно проследила за мной, но с места не двинулась.
28 -1
Я стоял как недавно во сне, задрав голову в вышину. Свистящий звук огромных крыльев дракона, рассекающих воздух, был хорошо знаком. Но небо молчало. Молчало и моё сознание. Перед ним стояло препятствие – плоский камень – плита на реке, по которой мы шли. Поток обрушивался водопадом с плиты, вздымая вокруг изумрудный веер холодных капель.
Не знаю, что означала эта картина, всплывшая в голове. Может она показала что-то важное и простое, как проход по реке сбоку от камня. Тогда мне пришлось напрячься, таща плот, потому что сопротивление течению здесь было нешуточное, но в этом действии был скрыт ответ, который нужно понять.
Я разжёг потухший костёр, вывел Майку, выбрал для неё место кормёжки и тщательно привязал её к дереву. Вернулся в шалаш и аккуратно вытащил из мешка свой драгоценный фолиант, не нарушив покоя детей, которые мирно сопели, повернувшись лицами друг к другу.
Я вышел, сел у костра, положил фолиант на колени. Небо медленно светлело, можно разобрать буквы. Из леса тянуло густыми запахами земли, опавшей листвой и хвоей, ароматом грибов и ягод. Вздохнул полной грудью. Ещё одна страница была исписана моими каракулями. Наверное, вот так по странице, по две переводил Никандр старую книгу.
Просвети мои очи мысленные
Я хотел услышать ответ Спасителя, научиться понимать Его руководство и Его волю. Похоже, я делал только первые шаги на этом пути и уже горевал о своей непонятливости. Словно щенок бежал через поля и леса, вынюхивая нужные следы, сбивался с пути, скулил и просил Его о помощи, слушал треск веток и непонятный шум травы и мчался опрометью, услышав чужие шаги.
— Опять колдуешь, книжник? — раздался над ухом голос Агаты. Я поднял голову. — Зову, зову тебя, а ты не реагируешь.
— Извини. Увлёкся немного.
— Что решил? Дети уже встали.
— Пойду с ребятами на реку. Надо проверить, что там за рыбалка.
Агата согласно кивнула головой. Наверху вовсю гомонили птицы. Ночной сон развеялся без следа. Марыська с Никишкой притащили воды из ключа. Женщины вскипятили чай, добавив к нему маленькую толику козьего молока. Жулька, бросив щенков, убежала в лес, видимо, чтобы найти себе пропитание.
Скудный завтрак усилил мою решимость. Мы с трудом наковыряли червяков для наживки и отправились к реке. По чуть видимой тропинке мы двигались цепочкой по тёмнохвойной тайге, которая ближе к реке начала сменяться светлым лесом. Марыська с Никишкой, как всегда, переругивались и уже начали толкаться. Пришлось встать между ними, чтобы лёгкая ссора не переросла в серьёзную потасовку. Марыська ни в чём не хотела уступать Никишке.