Обнаружив, что выживших охотников нет, я побрёл к Петро, который ощущался в Силе, но почему-то продолжал прятаться за тем же большим стволом дерева, куда его загнали родианцы. От бывшего юнлинга волнами исходило беспокойство.
— Петро, всё закончилось, они мертвы, — громко сказал я, заглядывая за ствол дерева.
Временный напарник, до этого бывший умелым и отчаянным следопытом сидел, обхватив колени руками и тихо трясся, пребывая в каком-то полушоковом состояние. Было абсолютно не понятно, как уверенный воин-убийца превратился в этот дрожащий комок за мгновения, пока я добивал последних безумных родианцев. Что-то неладное в Датском королевстве, надеюсь он сейчас не сойдёт с ума как его мастер и не бросится на меня. Очень не хочется с ним сражаться.
— Я… я начал сходить с ума, — сказал Петро, — прямо как мастер Урутар… Этот голос в голове, холодный, как сама Тьма. Он мне приказывал, как именно убить их.
— Петро, ситово племя, — выдохнул я, поняв, что худшие опасения не подтвердились, — Тёмная Сторона вообще-то довольно горящая штучка, если можно вообще приводить такие аналогии о самой Силе.
— Что тогда со мной происходит? — спросил бывший юнлинг, унимая свое беспокойство.
— Не что, а кто с тобой происходит, — вздохнул я, смотря на жертву психологического насилия, — успел познакомиться с магистром Оппо Ранцизисом до того, как всё полетело к чертям?
Человек непонимающим взглядом смотрел на меня, кажется начиная подозревать в сумасшествие не только себя. Конечно, откуда ему, обычному юнлингу четырнадцать лет, просидевшему в лесах Кашиика, знать о всех этих приколах высшей лиги джедайской организации, вроде сохранения сознания после смерти?
— Ранцизис, мудила ты этакая, появись уже, — проворчал я, — и Квай-Гона верни, иначе не буду с тобой сотрудничать в твоих планах воскрешения Ордена.
К моему удивлению, фигура тисспианца действительно появилась за моей спиной почти сразу, молчаливо смотря на меня и бывшего юнлинга, у которого к кажется отвалилась челюсть. В целом понимаю его катарсис, не слабо их помотала жизнь, а тут такое вот неожиданно появляется. Ну Ранцизис, ну учудил, что с ним там Дарт Вейдер такого сделал, что он так сильно поехал крышей перед тем, как вернуться в облике Призрака Силы? Квай-Гон Джин однозначно нравился мне больше.
— И на кой ляд ты это учудил, Оппо? Совсем не жалко своего же? — зло бросил я, вымещая накипевшее за день, — Это я с семи лет плавно и спокойно обучен нормальным Призраком Силы без проблем с головой и знаю, что это не сумасшествие. Не стыдно? Вырвали из семьи пацана в ноль лет, продолбали свой же Орден, загнав его чудом спасшегося в эту дыру и бросив, а теперь ещё неподготовленный разум с ума сводишь? Крыша протекла?
— На всё воля Силы, — сухо ответил тисспианец, — помощь была ему необходима.
— Да не помогают твои предупреждения в таком виде, только сбивают, даже меня, — выплескивал я накопившиеся претензии, — решил всех оставшихся в живых довести быстрее чем Дарт Вейдер? В этом твой план?
— Не поможет тебе горячая голова в твоей миссии, — наставительно произнёс Оппо Ранцизис, — учиться тебе нужно, а не пылать гордыней.
Оставив последнее слово за собой, Призрак Силы исчез, опять смешавшись с Силой. Вот такое прощание по-английски на джедайский манер. Ну ящер, ну рептилоид дохлый, хрен я с тобой работать буду чисто из принципа. Всё равно пользы как с козла молока, пока только бубнит на уши перебивая собственное предчувствие во время боя, и ни одного полезного совета. Квай-Гон в отличие от этого кадра меня хотя бы учил.
— Он же должен быть мёртв, — сказал медленно встающий Петро.
— Он и мёртв, — констатировал очевидное я, — он Призрак Силы, смог сохранить разум в Силе после смерти. Сам не понимаю механизм, но у них как-то получается. Учитель моего учителя открыл это первым из джедаев, и когда обучал своего прячущегося в заднице Галактики ученика, наткнулся на меня. С семи лет дрессируют на джедая.
— Никак не успокоятся, старые хатты, — устало бросил бывший юнлинг, — даже после смерти.