Проблема Боххуа была в том, что он действительно был игроком и при этом выиграл везде, где только мог. С его потрясающим аналитическим мышлением и состоянием это было не сложно. В конечном итоге, даже тяги к власти Мутдах был лишен — он хоть и не полностью контролировал, но вполне держал на крючке всю власть Централии, бывшей автономным образованием в составе Галактической Империи. А вот больше ему и не надо было, в борьбу за власть такого уровня осеанский триллионер решил не лезть. Что же, это мы и исправим, немного подточив этот барьер, который Боххуа сам себе и установил.
— Любите игры и чтение, Боххуа? — спросил я, медленно обходя кресло, в котором сидел объект обработки, — новая информация и азарт? Нравится управлять происходящим?
— Какое верное упрощение, — безэмоционально ответил уже впавший в транс человек, а я в это время наконец добрался до главного барьера и начал перестраивать желания Мутдаха. У него был сильный разум, укрепленный наркотическим эффектом лесаи и ещё чем-то неуловимым, но вот абсолютное безволие и нежелание жить делали его абсолютно беззащитным. Мне даже показалось, что он сам приоткрылся, пропуская мои ментальные потоки Живой Силы, служившие инструментами, внутрь своей головы.
— Помнишь о Тёмном веке Республики, Боххуа? — задал я, казалось бы, неожиданный вопрос, — постоянная война, падение Голонета, развал государственных институтов, драка за контроль над Галактикой, различные занимательные культы одарённых.
— Джедайская власть над Республикой и джедаи-бароны в реальности управляющие секторами, — так же безэмоционально ответил потребитель лесаи, в момент, когда я успешно добрался до своей цели и снял барьер, оставалось только оформить всё, — Централию слабо затронул этот период из-за нашей блестящей изоляции.
— Давай сыграем в Тёмный век сейчас, в декорациях размера 1 к 1, — вкладывал я в голове подопытного свои стремления, — Галактику ждут тяжелые времена в ближайшие полвека, падение центральной власти, набеги варваров из Неизведанных регионов, постоянно нарастающий уровень сложности. Условия игры просты — ты, я, партия за мятежников против абсолютно превосходящих сил Империи и сторонних угроз, которые будут постоянно появляться.
— Условия победы? — с зарождающимся интересом спросил Боххуа и всё встало на свои места. Хозяин астероида был у меня на крючке.
— Контроль всей известной Галактики через пятьдесят лет в рамках единого государства, — начал я, — уничтожение сил абсолютно всех грядущих вторженцев из-за пределов известного космоса, минимум один подконтрольный Орден одарённых, никаких внутренних переворотов с коронацией, прервать линию нынешних правящих ситхов. Хочешь ещё что-то добавить?
— Смелая адаптация командно-штабной игры, — похвалил меня объект внушения, у которого в голосе появился интерес, — добавим в игру контроль над ключевыми точками — Корусант, Куат, Фондор, Альдераан, Эриаду?
— Принимается, — ответил я, думая, что вот Альдерааном может и не получиться. Да и в целом список, конечно, довольно странный, но что поделать. А где Кореллия? Местные, в известной мне истории, здорово нагадили Галактике устроив Вторую галактическую гражданскую войну из-за ничего, но позволив прийти к власти в Галактическом Альянсе сначала Дарту Кейдусу, а потом и Натаси Даале, — ограничения?
— Уровень сложности игры и так довольно высок, — сказал Мутдах, — разве что… Не прибегать к армиям дроидов или клонов.
Последствия Войн клонов до сих пор в сердцах значимой части населения Галактики, и никто особенно не любит ни клонов, ни дроидов, в боях между которыми были разорены тысячи миров по всей Галактики. Дельное ограничение, поэтому я сразу и без сомнений согласился, и в этот момент последним штрихом закончил ментальную коррекцию. Успешно, в глазах Боххуа было гораздо больше интереса к жизни.
— Мне нравится, поиграем, — согласился Мутдах, — совсем без риска неинтересно жить стало. Кажется, как честный партнёр по игре ты должен ввести меня в курс дела, не так ли?
Главное, чтобы только по игре, видел я его предпочтения — когда теряющий интерес к жизни Боххуа пытался развлечься оргиями, разбора между полами и расами он не делал. Даже вуки, бр-р, как бы забыть это. Вот и обратная сторона ментальной коррекции, проникаешься образами из чужой жизни. Но ничего, тут если что я его быстро прирежу, эти штучки без моего участия.
Тем временем я выразительно посмотрел на Фортуну, продолжающего стоять и молча наблюдать за происходящим. Да, неудобно вышло, теперь ещё и тви’леку память подтирать, прокололся. Но никуда он не денется с астероида в космосе, и гаморреанцы ему если что не помогут.