— Миленько, — хмыкнул бывший юнлинг, — жарко и солнечно, Катуни и дочке нравится. Интересно ты тут устроился, даже знакомое лицо вижу из прошлого. Так что за обещанная работа?
— Пойдём покажу, оставим пока прекрасных дам, — махнул я рукой, — как и говорил, мне нужен инструктор по фехтованию, знакомый с Формой II. Есть у меня тут одно наследство.
Оставив Катуни с дочкой и Риву внизу, мы вдвоем поднялись по лестнице в кабинет, который стоит признать выглядел гораздо более рабочим чуть раньше. Я даже перевёз сюда свои записи-воспоминания из прошлой жизни, решив, что под защитой двух магнастражей и бывшей инквизитора они всё равно защищённее чем у Ларсов.
— Дом наследство от деда, не смотри на дурацкую планировку, — начал я рассказ, — причём довольно случайно и анонимно — записи уничтожены, а дроиды никогда и не знали, как его зовут. Образец ДНК имели, а имя нет.
— Странные дела конечно, но много тайн Ордена не знал никто из нас, — сказал Петро, — это ведь не всё?
Мы вошли в кабинет, и я при помощи Силы открыл дверцу шкафа, призывая заветную тетрадь с конспектами по освоению Макаши. Параллельно достал левой рукой зелёный меч, как всегда спрятанный во внутреннем кармане куртки.
— Единственное, что я нашёл внутри — тетрадь с конспектами и вот этот световой меч с зелёным клинком, — как ты понимаешь, учителя Формы II у меня нет, Оби-Ван учил основам Шии-Чо и Соресу, Рива по сути знает только тот же Шии-Чо адаптированный под особенности её меча и парочку инквизиторских приемов, а по конспектам учиться фехтованию… Сам понимаешь, можно конечно, но не очень осмысленно. Соресу хорош против бластерных выстрелов и, как оказалось на Кашиике, множества слабых противников, однако, когда дойдёт время до столкновения с серьёзным соперником хотелось бы иметь в запасе что-то чуть посерьёзнее.
— Задал ты себе задачку, — задумчиво сказал Петро, предвосхищая будущий фронт работы, — не расскажешь, к слову, историю, как с тобой оказалась Рива? Она была юнлингом на пару лет младше нас, никогда не запомнил бы её, если бы Катуни в своё время не наставничала в её клане.
— Тут долгая история…
— Рива, я так рада что ты выжила, — бросилась к старой подруге Катуни, как только её муж и этот пока ещё малознакомый юноша вышли из уютной гостиной, в которую стараниями скучающей Севандер превратился бывший обеденный зал, — как ты сбежала, оказалась здесь? Мы думали, что все вы остались в Храме…
Облачённая в свободное белое платье женщина помрачнела, вспоминая о трагичном прошлом и крушение всего мира детства, прошедшем для неё в Храме джедаев. Встреча с людьми из этого далёкого прошлого приносила не только радость от факта их выживания, но пробуждала забытую боль от потерь и стыд за свои дальнейшие поступки.
— Я была в Храме, — сказала она, чувствуя, как подступают слёзы, а старые воспоминания возвращаются, вновь раня её сердца, — спряталась под телами и пережила первую волну истребления. Но он всё равно меня нашёл.
— Он? — непонимающе спросила толотианка, усадив дочь в кресло, — кто-то из мастеров вернулся и вывел тебя?
— Дарт Вейдер, — отрезала Рива, — он забрал меня и принудил стать Инквизитором, охотником на джедаев. Убивать своих.
Катуни ахнула, замерев в полупозиции, не веря услышанному и ожидая ловушки, а подруга её юнлингского детства продолжала свой рассказ.
— Я сделала вид, что подчинилась и пыталась убить Вейдер, отомстить, — сказала Рива, — у меня не получилось, но я выжила. Оказалась здесь, безумная и сломленная, но мне помогли. Повезло, на самом деле. Оби-Ван Кеноби, которого я вычислила, будучи инквизитором в надежде привлечь внимание Вейдера, на самом деле охранял сына одного из джедаев. В гневе после провала я хотела убить его, но не смогла. Полечилась на Альдераане у друзей Кеноби, и вернулась сюда в тайне от всех.
— Зачем? — спросила Катуни, обнимая и успокаивая подругу, которая всё же старалась сдержать свои эмоции.
— Он сильный, очень сильный, он сможет сделать то, что не смогла я, — ответила бывшая инквизитор, — уже сильнее чем я была в лучшей форме. А ещё мне надо было где-нибудь спрятаться, идти было некуда, а лучше места чем эта забытая всеми планета не найти.
Они немного помолчали, пока разговор не вернулся обратно в нормальное русло — им обеим было что рассказать кроме уже услышанного, да и найти родственную душу, которой можно было рассказать если не всё, то почти всё о происходящем вокруг и просто незначительных мелочах. Слишком много они уж прятались и боялись за последние четырнадцать лет.