— Эти рейнджеры лишь подражатели, не связанные с Силой, — высокомерно заметил ×1, — с ней мог бы справиться и обычный флотский спецназ.
— Тогда сможете справиться и вы, — жестко вмешался гранд-мофф, указывая клону на его место, — ожидаю, что вы сможете организовать преследование цели, захватить её, а также обнаружить и уничтожить базу мятежников в секторе на которую прибудет цель в самое краткое время.
— Готов приступить, как только разведка предоставит мне все необходимые данные, — клону не оставалось ничего, кроме того, чтобы подчиниться приказу вышестоящего командира, но последнее слово он привык оставлять за собой.
— У вас будет всё необходимое, инквизитор, — улыбнулся Таркин, — планирую сообщить лорду Вейдеру, насколько эффективны его подчинённые. В ваших интересах, чтобы мое сообщение не несло в себе нареканий.
Х1 понял, почему этого человека боятся так много разумных по всей Галактике. Уилхафф Таркин действительно умел мотивировать подчиненных страхом. Потому что даже лишенный предрасположенности к страху, как и остальные клоны, инквизитор делал всё, чтобы не разозлить лорда ситхов, чьё тяжелое дыхание многие слуги Императора слышали в ночных кошмарах.
Присутствие разумных в Силе я почувствовал довольно поздно, когда мы уже подошли к очередной двери, за которой находилось полое пространство с парой разумных внутри.
— Замуровано с той стороны, — первым предположил Милтин, — сэкономили и просто забыли о старых коммуникациях. Интересно, надо будет расстрелять подрядчика, если он, конечно, переживёт мятеж.
— В любом случае, надо вскрывать, — приготовился я к очередному использованию меча как плазменного резака.
— Не медли, — добавил флотоводец, — местные врожденные эмпаты. Возможно, они уже знают, что мы здесь. Любой, на ком нет формы Империи — враг.
— К такому жизнь меня не готовила, — вздохнул я, начав прорубать новый проход. На этот раз это занимало больше времени, с той стороны выход явно покрыли чем-то еще, однако вскоре дверь поддалась напору Силы и распахнулась, открывая вид на… вполне обычный публичный туалет, в моем старом офисе в прошлой жизни похожий был. И прямо сейчас в него зашел явно не ожидающий нашего появления лысый и бледный абориген в незнакомой военной форме. Такел успел выстрелить быстрее, чем я отреагировал.
— На нём знаки различия мятежников, ещё с прошлого бунта, — пояснил Милтин, — кажется мы случайно влезли на какую-то из их баз.
Отличный расклад, лучше некуда. Вдвоём, вместе с обдолбанным спайсом вице-адмиралом Имперского флота, вломились на базу мятежных телепатических аборигенов, которые сейчас режут людей по всей планете по принципу наличия волос на голове. Обычный день Люка Скайуокера.
— Держись позади и постарайся не умереть, — сказал я вынужденному напарнику. Дополнительно рисковать своей шкурой ради этого человека точно не хотелось. В глазах имперца одного горел огонь битвы, вот уж берсерк недобитый. Ходячая антиреклама спайса, честное слово.
Мятежники отреагировали на звук выстрела не сразу — видимо проводимость звука внутри была довольно плохая, поэтому миновав два коридора, первый из которых был пустым, а во втором нас встретил пожилой умбранец растерянно успевший взглянуть на то, как меч проделывает дыру в его голове, мы вывалились сразу в огромное помещение, где одновременно более трёх десятков аборигенов разной степени блеска головы что-то усиленно обсуждали и планировали, периодически бегая и передавая доклады. Да это же самый центра восстания?
— Не ждали, мятежные ублюдки? — решил окончательно испортить ситуацию выскочивший из-за моей спины вице-адмирал, — умрите во Славу Императора!
«НЕТ СМЕРТИ, ЕСТЬ ТОЛЬКО СИЛА», не хватало мне обдолбанного имперца, так на связь решил выйти ещё и полубезумный Призрак Силы. Выкидывая чужие мысли из головы, я обрушил на уже начавших приходить в себя аборигенов Волну Силы, сбивая с ног, перед тем как в прыжке обрушить удар на ближайшего умбранца. Вообще стоило признать, что та резня, которая зовётся здесь боем джедая против группы неодарённых вооруженных стрелковым оружием начинала надоедать. Однотипное уничтожение живых — благо мои навыки Соресу и скорость реакции позволяли оперативно отражать все выстрелы, летящие в меня. Врубившись в кучно лежащую группу мятежников, я увлекся боем, создавая для себя пресловутое «око бури». Сейчас было сложнее, чем раньше.
Во-первых, врагов было очень много и вели огонь они, а также пытались атаковать странными короткими кортиками со стороны. Мало было этого, в помещение начали прибывать новые умбранцы, в том числе вооруженные лучше, чем ручными бластерными пистолетами, которые были у того штабного состава, который встретил наше наглое вторжение.