— Прекратите, — послышался голос Сабе, вскинувшей бластер и продолжавшей отстреливать кальмаров, — продолжите, умрём здесь все вместе. Мы тоже хотим спасти похищенных.
Надо же, опять вынужденный альянс с имперцами. Однако тень королевы права, ожившие от Толчка кальмары, как и продолжающие прибывать из вне. Надо было как можно быстрее отступать.
— Блейз? — не сводя с меня бластера спросил Динн, явно оглядываясь на главную в паре женщине.
— Мы не будем похищать спасенных, — добавил я, сам не зная правда ли это, — просто разберемся с культистами.
— Э чу та, — заматерилась на хаттском инквизитор, вставая на ноги и одновременно разрубая бросившегося на неё кальмара, — пойдет, но только попробуй рыпнуться, пастушок нерфов.
— Не отставайте, ступа, — вернул я ей оскорбление, продемонстрировав знание хаттского мата, — попробуете ударить в спину, мучительно убью.
Недолговечный и сомнительный союз, эти точно предадут, но выбора особенно и нет. Нет времени, надо поскорее расправиться с культистами и спасти заложников, раз уж мы сюда залезли. Главное понять момент, когда они соберутся предавать и ударить первым. Обогнав Сабе и оставив боевитого гунгана прикрывать собой наши спины, я первый устремился внизу по коридору, на свет и источник Темной Стороны Силы.
Скиппи опять как сумасшедший носился по кают-кампании, вновь повторяя мысль о том, что Люку нужна помощь и экипажу «Дункана» необходимо срочно сорваться и броситься на помощь незадачливому владельцу корабля.
— Умолкни, Скиппи, — устало сказал Китстер, — как ты себе это представляешь? Над Набу имперский флот, пространство между планетой и Рори патрулируют эскадрильи TIE-истребителей.
— Допустим, от имперцев я уйду, после последних модификаций корабль достаточно быстр, — бросил БоШек, — но где мы его найдём? Люк успел сказать, чтобы сидели на месте и ждали, перед тем как пропасть. Но я согласен, в Силе действительно беспокойство.
Биггс лишь обхватил голову, не понимая половины мотивации товарищей. Он, конечно, знал о Силе, и даже догадывался что с R4-D5 не всё так просто, слишком умным он был для простого астромеханика. Однако всё это было слишком… слишком безумным и сверхъестественным для его разума. Что дальше, они начнут общаться через находясь на разных планетах силой мысли? После дневного влияния на собственный разум уже было страшно предсказывать, что именно могут одарённые. Сбивать корабли силой воли? Плавить металл? Уничтожать звёзды?
— Там что-то происходит, на Набу, что-то Тёмное, — сказала чисс, которую так и не смогли пока выгнать с корабля, — мне надо помедитировать, возможно тогда получится определить источник.
Скиппи радостно подъехал к бывшей джедайке, одобрительно бибикая на бинарном в её поддержку. Та странно посмотрела на астромеханика, но ничего пока не сказала, сосредоточившись на актуальной проблеме.
— Если что-то вызывает возмущение в Силе, то Люк точно там, — уверенно сказал БоШек, — не знаю, во что конкретно он вляпался, но у меня есть чувство, что ему надо помочь.
— Вы точно, абсолютно и полностью сумасшедшие, — проворчал Банай, — пойду лучше проверю ещё раз все системы корабля, если мы всё же влезем в какое-то банта пуудо.
Не находя себе место, Биггс решил присоединиться к капитану корабля. Он не был чувствительным к Силе, но всё ещё складывалось впечатление, что стоит начать с наконец-то полноценно установленного на корабль вооружения. Если всё пойдет так, как пойдет, за турель лезть ему.
Страх, отчаяние и безысходность полностью поглотили Пуджу Наберри. Её политический триумф, восхождение в должность сенатора сектора Чоммель оборвалось самым неожиданным образом, когда она была похищена неизвестными прямо из своей резиденции. В первый раз она проснулась в маленькой холодной камере, совсем одна, дрожа от неизвестности и холода, пронзающего её тонкое платье. Атмосфера тоски и неизбежности угнетала её и истощала. В холоде и голоде, она устала плакать, просить о помощи и пощаде и биться об стены камеры. Ломая свой дорогой маникюр, она ничего не смогла добиться в истерике стуча в дверь, остававшуюся безмолвной. Никто не пришёл и она, так и оставалась без понимания, кто её похитил и что происходит. Она уснула, свернувшись калачиком на холодном полу в пустой камере, в состояние полной подавленности безысходности и отчаяния. Молодая сенатор не была чувствительна к Силе и ничего не знала о Тёмной Стороне, однако на краю сознания подверженному постоянному давлению понимала, что скорость ухудшения её состояния была ненормальной.