— Чувствуешь? — спросил он меня, делая странный жест рукой из двух сжатых пальцев, указывающих вверх.
— Всё во власти Тёмной Стороны, здесь было много смерти и страданий, — кивнул я, — но кажется они уже начали.
— Здесь не один ситхский адепт, а двое, прислушайся, — огорошил меня напарник, — они оба пытаются скрываться в Силе, но не слишком искушено.
А вот это совсем не по плану и этого совсем нигде не было описано, в известных мне событиях. Инквизитор должен был быть один, хотя моё начавшееся вмешательство могло и начать менять события, тем более что они относились явно к не основной ветке известных мне. Вот только что-то было не так, рядом с двумя довольно яркими огоньками в Силе ощущался только один тёмный. А где ещё один?
— Они не вместе, — быстро пришло осознание, — это двойная ловушка.
Древний джедай в это время приступил к вскрытию двери при помощи светового меча, благо та поддавалась подозрительно легко для укрепленной тюрьмы, в которой должны были содержать одаренных. Кажется, Шпиль всегда был обманкой, которая должна была скорее исполнять роль и создавать картинку, чем реально кого-то удерживать.
— Разделимся, — сказал Ролк, — раз охота тут двойная, то и меня они увидеть вряд ли ожидали. Отправляйся за основной целью и джедаями, что он преследует, я займусь тем, что сейчас пробирается с нижних уровней.
Дверь наконец поддалась сразу двум световым клинкам, выступавшим в роли резаков, и вырезанный фрагмент рухнул внутрь. Заботиться о скрытности уже не имело смысла — в тюрьме шел бой. Избавившись от шлема с ранцем и поглубже натянув свой капюшон, Ролк первым бросился внутрь. Опять накатила окружающая Тёмная Сторона, давящая чуть ли не полностью и заставляющая сосредоточиться на собственной Живой Силе и меньше ориентироваться на окружающую. А зачем я бросился следом за напарником, на встречу бою.
Форма III, более известная как Соресу, не просто так была самой распространенной в Ордене джедаев накануне Войн клонов формой фехтования на световых мечах. В условиях, когда джедаи очень давно не видели противника, что сражается при помощи светового меча, а редких ренегатов успешно истребляли Тени или, в крайних случаях, особые группы, состоявшие из мастеров, обученных фехтованию на высоком уровне, типичным врагом для среднего джедая была группа отморозков с бластерами. Это объясняло то, почему джедаи выбирали Соресу, оборонительную форму, разработанную для противостояния бластерному огню. Однако вместе с этим, большинство джедаев уже не стремились заходить особенно далеко, ограничиваясь способностью разобраться с учебными дроидами и парочкой отморозков из Внешнего Кольца. Таких мастеров этой формы боя как Оби-Ван Кеноби во времена гранд-мастерства Йоды насчитывалось по пальцам одной руки, а ведь в Ордене перед битвой при Джеонозисе состояли почти десять тысяч разумных. Всё это стало одной из причин огромной джедайской смертности во время войны. Особенно проблема ухудшилась, когда джедаи впервые за долгие годы столкнулись с одаренным врагом в лице Темных служителей графа Дуку. И пускай большинство из них происходили их числа бывших джедаев, как и сам Дарт Тиранус, вскоре стало понятно, что Соресу начинает проигрывать конкуренцию более агрессивным формам боя. Пусть даже лучший из её мастеров, Оби-Ван Кеноби, и одолел самого Гривуса, однако граф Дуку так и остался для него непобежденным.
Однако Депа Биллаба не была Оби-Ваном Кеноби, и владела Соресу не так хорошо, что вынужден был признавать и её падаван. Он и сам на ограниченном уровне освоил эту форму боя, как свою единственную, больше просто не успел. После этого случился приказ 66 и потерявший мастера, которая не смогла пережить предательский удар в спину, падаван вынужден был спасаться бегством. За прошедшее с той поры время он улучшил некоторые свои навыки обращения с Силой, однако не обращения с световым мечом. И вот сейчас Калеб Дьюм понимал, что единственный его шанс на выживание в схватке с заманившим его в ловушку инквизитором это бегство. Если он и мальчишка, которого он ещё не был готов признавать учеником, смогут бежать — то выживут.