Тероенза
Т’ланда-тиль представляли собой массивных четвероногих существ с толстыми, напоминавшими стволы деревьев ногами и длинным хлыстообразным хвостом. Кроме того, у них были две худощавые четырёхпалые руки с изящными ладонями, по сравнению с остальным телом казавшиеся крошечными и слабыми, что не раз играло злую шутку с теми, кто недооценивал сородичей Тероензы. Их широкие лица были бы неотличимы от лиц хаттов, если бы не длинный толстый рог, расположенный прямо над ноздрями, но у женщин, в отличие от мужчин, рог отсутствовал. Женщины в целом не являлись в культуре т’ланда-тиль полноценными членами общества, во многом из-за биологических особенностей.
В брачный период мужчины т’ланда-тиль были способны раздувать свои шейные мешки и при помощи них издавать вибрирующую мелодию, которая привлекала женщин, стимулируя центры удовольствия в их мозге. Т’ланда-тиль также были наделены минимальными эмпатическими способностями, за счёт которых они умели проецировать приятные эмоции на окружающих. В сочетании эти две уникальные способности позволяли им создавать инфразвуковые колебания, которые оказывали мощное эмпатическое воздействие на представителей других рас, в частности, на людей, и делали их уязвимыми для психологических манипуляций. Поэтому самки, поддающиеся на такие манипуляции и всегда находящиеся с самцами не полностью добровольно, никогда не считались в их обществе полноценными существами, по сути предоставляя телесные удовольствия самцам в обмен на эмпатическое удовлетворение. Сильные самцы старались показать свой статус окружая себя несколькими самками, но такое вызывало ненависть среди молодых самцов и обостряло внутреннюю конкуренцию, чего кланы т’ланда-тиль старались избегать.
Несмотря на отдаленное родство с хаттами, т’ланда-тиль не были такими богатыми и могущественными, как они, и часто служили им на разных должностях. На Нал-Хатте они считались существами второго сорта, живущими лишь для того, чтобы служить хаттам. Однако в действительности т’ланда-тиль были не менее самолюбивы, амбициозны, жадны и умны, чем их дальние родственники, однако основной мотивацией их поступков было не стремление к власти, как у хаттов, а жажда богатства и роскоши. Ввиду этого хатты без труда эксплуатировали большинство т’ланда-тиль, манипулируя их пристрастием к комфорту, вновь и вновь оказываясь на положение слуг хаттов.
Однако не все из них довольствовались теми богатствами, что были готовы платить им хатты, и Тероенза был из таких. Именно он осознал, что может творить врожденная способность влиять на гуманоидов и именно он придумал тот бизнес, которым стала Илезия под маской Культа Единого и Всех, договорившись в хаттским каджидиком Бесадии. Однако хатты оставались собой, не уважали и не ценили т’ланда-тиль, обделяли их, не предоставляли им заслуженную долю и даже угнетали, не позволяя держать на Илезии самок т’ланда-тиль. Конечно Тероенза всё равно находил деньги для пополнения своей коллекции, которую он страстно, как подобает представителю своей расы с хорошим вкусом, собирал, однако это были лишь крошки со стола каджидика Бесадии.
После того, как шесть лет назад от рук нахального кореллианского пилота погиб Заввал, хатт надзиравший за деятельностью на Илезии, его брат, Арук Бесадии Аора, назначил главой операций на Илезии своего племянника, Киббика. Киббик был молодым и не слишком сообразительным хаттом, который лишь мешал Тероензе вести добычу спайса и эффективно управлять Илезией. Поскольку Киббик имел крайне слабое представление о том, как на Илезии велась добыча спайса и не собирался ни в чём разбираться, когда год назад ему пришлось отправиться на встречу Великого совета хаттов, вместе с ним туда отправился и Тероенза, фактически занимавшийся всеми делами вместо молодого, ленивого и глупого хатта, ведя дела с главами хаттских каджидиков почти на равных. С этого момента почувствовавший власть Тероенза стал тяготиться ограничениями, которые Арук Бесадии Аора накладывал на него и остальных «жрецов», обеспечивавших покорность трудившихся на планете рабов. Больше всего его раздражало то, что хатт запрещал пускать на Илезию самок т’ланда-тиль, из-за чего Тероенза редко виделся со своей возлюбленной, Тиленной.