Конечно не всё шло удачно, и его младшей дочери ещё не удалось добиться своей главной цели. Когда тот, кто был указан как сит’ари прибыл на Тунд в сопровождение девушки Верховный Волшебник успеть начать волноваться о том, что его клану не удастся исполнить давнюю мечту и породниться с Избранным, однако как вскоре выяснилось всё не так безнадежно и Люк не следовал моногамной традиции, распространенной среди подавляющего большинства людей. Мьярте удалось стать джедайской ученицей Антарии Веллос, той самой синекожей спутницы сит’ари с которой он прибыл на Тунд и спустился в самую запретную его часть, но ближе подобраться у неё пока не получалось, несмотря на всё давление отца, который хотел породниться с Избранным и возвыситься ещё сильнее. А уж если ему бы удалось стать дедом первого сына сит’ари, то это открыло совсем другие перспективы.
Однако пока Мьярте удавалось лишь приближаться, наладив отношения с другими наложницами сит’ари и даже войдя в их круг и зная некоторые тайну и неформальную иерархию вместе со своей джедайской наставницей. Возвращаясь с Серенно он успел встретиться с дочерью и в очередной раз и по её словам понял, что она вновь отправляется на задание, в котором участвуют только самые доверенные и приближенные сит’ари, в этот раз — исключительно те, кто были его женщинами. Он не знал, что скрывала планета Дантуин, однако понял, что Люка особенно интересовали все возможные древние знания, даже те, что могли не нести практической пользы. А поэтому, Секнос погрузился в архивы хранимые в семье Верховных Волшебников, многие из которых не читал ни он сам, ни его отец, и которые не выходили за её пределы. Тут хранились тайные знания передаваемые с древних времен, включая тайны древних колдунов-киссаи, полученные от Светлых ситхов практики и даже немного из того, что принёс с собой Дарт Гравид, который впрочем не задерживался на Тунде. Необходимо было привлечь старших сыновей и наконец составить каталог, важность которого он понял на Серенно, чтобы доказать, что Колдуны Тунда могут не просто поставлять своих сыновей и дочерей в качестве солдат, но стоят и чего-то большего.
Мысль что всё удивительно сходится, пришла в мою голову только сейчас. Ведь если задуматься и сделать предположение, что главной базой Мола был Датомир, то я ему даже не соврал. В основном варианте известной мне истории войска Галактической Империи во главе с будущим гранд-моффом Зинджем, появившемся словно из ниоткуда, не особенно привлекая внимание к происходящему заняли планету незадолго до битва при Явине. Зачем Галактической Империи неожиданно вспоминать об этой плане, а потом ненадолго установив над ней власть и размещать тюрьму, перед тем как установить изоляцию планеты? И всё это теснейше связано с галактической преступностью, не зря с Датомиром был плотно завязан ещё сидящий в тюрьме на Кесселе Тайбери Занн. Это бы объяснило повышенное внимание Империи к этому миру и такое точечное вмешательство, уж не из страха перед одной из датомирских ведьм Палпатин устроил это всё, нет.
Из другой истории, сбывающейся в мире в котором мне повезло прожить свою вторую жизнь гораздо реже, удаётся узнать, что в схожие даты оборвалась жизнь Дарта Мола, а вместе с ней пала и его преступная империя. В том варианте, вернее даже в двух вариантах, жизнь забрака оборвал Оби-Ван Кеноби на Татуине, однако здесь я уже слишком сильно наследил. Получается всё сходится и я даже не обманул датомирца? Интересно выходит, но без проверки доверять этой теории нельзя. Слишком много нюансов и вопросов, слишком много неопределенностей, в такие моменты послезнание могло легко дать сбой. Что же, надо было навести мосты.
— Твой отец… — не спешно начал забрак, стоило нам зайти в переговорную внутри здания.
Вынужденно служивший ему в качестве шпиона иторианец уже успел прийти в себя после оглушения Стрином и сейчас стыдливо пил каф снаружи, в стороне от тех, кого он только что подставил под удар забрака. На улице начался холодный дождь, поэтому вариант переместиться внутрь был самым очевидным из всех, потому что расходиться было ещё слишком рано.