— Кажется мы были в заморозке достаточно долго, чтобы у них закончились клоны, — невесело хмыкнул он, — Империя хаттова.
За пределами камеры вновь послышались знакомые громкие звуки, которые теперь не мог отрицать даже Скалолаз. Звуки бластерных выстрелов сменились легко узнаваемым любым клоном звуком пробегающих солдат в броне. Следопыт вновь прижался ухом к стене камеры, после чего свет в первый раз «моргнул», погаснув на мгновение.
— Не знаю, сколько времени прошло, но там кажется идёт бой, — вскочил коммандос на ноги, ещё раз начав искать слабые места в камере, — не знаю, бунт или тюрьму штурмуют, однако это может быть наш единственный шанс.
— Никогда не был больше готов к бою, чем сейчас, — проворчал капитан, — могу стрелять на звук. Из пальца.
Следопыт хотел вернуть остроту, однако в этот момент свет погас, в этот раз на совсем, а потом раздался щелчок, словно при открытие магнитного замка.
— Не может так плохо охраняться камера, — сам не поверил в случившиеся младший из клонов, — это же полная безалаберность и отсутствие систем защиты в тюремной камере.
— А это и не тюремная камера, а передержка на пару дней, — ответил ему капитан, фиксируя что без света осталось меньше причин провоцирующих его головную боль, — всё равно ничего не вижу, только вместо белого пятна теперь черное.
Тем не менее, Следопыт навалился на дверь с новой силой, не с первой попытки, но найдя к ней подход. Приложив несколько раз дверь сильным ударом ноги под углом он добился неожиданного, но желанного результата и та приоткрылась, разомкнув замок, вышедший из строя вместе с перебоем в электроэнергии, открывая вид на часть коридора и ногу в белом доспехе, лежащую на полу.
— Капитан, готово, — навалившись, клон распахнул дверь шире, осторожно выглянув в проем, — тут только что был бой. Двое имперских солдат в броне нового образца, предположительно убитые.
Выскользнув из камеры, Следопыт присел на колено рядом с ближайшим из солдат, чей нагрудный доспех был разворочен несколькими удачными попаданиями, а сам он не подавал признаков жизни. Не живут люди с дырой в сердце.
— Не клон, — констатировал коммандос, стянув с мертвеца шлем и обнаружив под ним иссиня-чёрного человека, с переломанным ещё при жизни и криво сросшимся носом, — выбираемся отсюда, пока можем.
Он подхватил оба карабина так и лежащие рядом с мертвыми штурмовиками, прежде чем вернуться в камеру, сразу же вручая один из них капитану и забрасывая вторую руку того себе на плечо.
— Оставь меня, ищи выход сам, — попытался отказаться от явно глупой идеи Скалолаз, с трудом наступающий на подстреленную ногу и всё ещё ничего не видящий, — вернёшься, если сможешь.
— Брат, ты всегда плохо врал, — покачал головой Следопыт, перехватывая свободной рукой второй карабин, — если выбираться, то только вместе. Пойдем по следу из мертвых, посмотрим, кто воюет с этой Империей.
Несущая десант канонерка вошла в атмосферу Эгона-девять, устремляясь вниз и спеша прижаться к поверхности как можно скорее. Видевшие ещё Войны клонов, несмотря на все старания по восстановлению и даже модернизации, LAAT/i вынырнули из чрева доставивших их на орбиту планеты-тюрьмы десантных кораблей СR25. Находящемуся на его борту отряду специального назначения состоящему из родианцев под руководством джедая с учеником оставалось только надеяться на компетентность пилота и то, что никто не попытается сбить их с поверхности.
Пилоты десантных канонерок не принадлежали к Корпусу звездных истребителей, формально входя в состав Флота Альянса, однако активно взаимодействуя с повстанческими Силами специальных операций. Часть пилотов была отбракована капитаном Соло и его людьми из состава истребителей, часть и не пыталась туда попасть, однако тем не менее они были лучшими после тех сорвиголов, что на новеньких крестокрылах и более древних истребителях начали партизанскую войну на имперских коммуникациях.
Хобби изначально так же рассчитывал попасть в Корпус звездных истребителей, будучи ветераном Войн клонов с десятками боевых вылетов на своём звёздном истребителе V-19 «Поток». Однако углубленное медицинское обследование и тесты показались, что былые скорость реакции и точность остались далеко позади, а несколько недель дрейфа без сознания после подбития сделали своё дело. Да и ускоренное старение обошлось с клоном гораздо хуже, чем с другими бывшими пилотами Великой Армии Республики. Однако от идей вступить в Альянс он не отказался.