– К вам?
– Ну, в жрицы любви не хочешь податься? А что?! Сними с тебя эти огромные штаны, шерстяные носки и бабкин свитер – вполне трахабельная, – Крис с ног до головы осмотрела Таню. – Остальное придёт с опытом!
– Скажешь, тоже мне. Откажусь. Не выдержу.
– Тут что у тебя лучше, что ли? У меня вон тетка где-то под Новосибирском на барахолке работает – в контейнере джинсы продает. Так, она хоть памперсы себе позволить может. А ты в ведро… Жопа же!
– Жопа! – согласилась Таня. – Но на трассу не пойду и точка. Муж мой с такой, как ты, изменил. Всё развалилось. Сын подрастет, уедем.
Алик приехал через десять минут. Сказав на прощание «чао», Крис прыгнула в машину. По радио заиграла песня про пчелу и пчеловода.
Через две недели Крис вернулась. В полночь. Завезла в ларёк биотуалет, сказав: «На, держи! Не б/у, сама выбирала. Вдруг меня тут снова кто выкинет, хоть нормально смогу отлить!»
Летом кирпичный завод закрыли. Половину работников перевели на жиркомбинат. На другом конце города открылся «Ларёк-1», но спустя месяц его сожгли. Никто не пострадал.
Буква «ё» на вывеске «Ларёк-2» перегорела.
<сентябрь 24-го>
Конец